Предлагаю продолжить нашу прогулку по столице региона мудрости. Не удивлюсь, что некоторым читателям уже начинает казаться, что ознакомление с городом несколько затянулось, но вам придётся еще некоторое время терпеть моё упрямство, потому что в моих планах изначально было посетить каждый уголок Сумеру. И пока звучат оправдания, ноги уже несут меня в сторону Большого Базара, а я тяну вас за собой.
Стоит сразу отметить, что Базар Сумеру уникальное для городов Тейвата место, по крайней мере пока. Все дело в Священном дереве, вокруг которого ярусами была выстроена столица. Располагаясь, в некотором смысле, под корнями (а на самом деле – в дупле), Большой Базар представляет собой крытый рынок со своей атмосферой, незатухающими фонарями и не остывающим конфликтом между труппой и мудрецами. Я хочу сказать, что несмотря на финал сюжетной арки обновления 3.2, объявление перед театром не изменилось, оставшись всё таким же провокационным:
Афиша Театра Зубаира
Ближайшие представления: спектакль «Торговец из Ормоса» по произведению шейха Зубаира. Специальное представление сегодня вечером: «Легенда о Рыцаре Цветов». В главной роли: Нилу. На этой неделе зрителей ждет множество интересных представлений. Мы рады видеть вас в нашем театре!
Объявление махаматы: Представление было одобрено Академией. Однако перед второй проверкой необходимо внести в репертуар ряд доработок, чтобы спектакли источали больше «мудрости».
Большой Базар, пусть место и носит громкое название, по яркости несколько уступает той же Улице Сокровищ. Просто потому, что в Сумеру Базар выполняет несколько другую роль, являясь частью контраста, которым в регионе мудрости дышит буквально всё, и о котором когда-то рассказал глава Гильдии искателей приключений Камал: «Сумеру стоит на Священном дереве. Верхние уровни занимает Академия, а нижние – простые жители. Если хочешь роста в учёбе или карьере, поднимайся наверх, а если ценишь комфорт и покой, выбирай окрестности Большого базара». Другими словами, четкое разделение легко поясняет, почему театр расположен едва ли не в самом тёмном углу города…
К Большому Базару ведут три спуска, один из которых соединяет крытый рынок с Улицей Сокровищ и буквально подводит к детищу шейха Зубаира. Малышка Кумари и пёс Свух у подъёма к сцене лично меня заинтересовали первыми.
Кумари мечтает стать таким же хорошим танцором как Нилу, о чем заявляет Путешественнику с первых же слов. Но её отец запрещает дочери учится бесперспективному делу: «… чтобы добиться лучшей жизни, нужно ходить в школу, а не танцевать» - оправдывает он себя. Но логика родителя пока не понятна малышке: «Неужели успехи в школе важнее, чем успехи в танце». Правда стоит Кумари отвлечь она с восторгом расскажет, что Сабзеруз её любимый праздник, когда она может не только получить конфеты от Рыцаря Цветов, но и любоваться танцем Нилу.
Жонглёр Курош один из представителей труппы, но держится он немного в стороне, ведь его снова отчитал директор театра: «Каждый день сначала репетиция, затем взбучка от господина Зубаира, затем снова репетиция… и так по кругу». Парень признается Путешественнику, что задумывался над тем, чтобы покинуть труппу, но затем жонглёр вспоминает, что Зубаир, какой бы не была его критика, никогда не грозился его выгнать. Это приводит его к определенному выводу: «Значит, у меня всё же есть шансы, верно? Но… Добился ли я хоть какого-то прогресса?».
В труппе Наджия отвечает за реквизит, и она один из тех персонажей, чьи реплики немного меняются после заданий легенд. Так, например, до задания Нилу она представится Путешественнику и укажет свою роль в труппе, а также связанные с ней хлопоты, но после задания будет встречать протагониста как старого знакомого. Как и её поникший коллега, Наджия тоже подчеркнёт строгость директора театра, благодаря чему и она тоже не находит себе места: «Господин Зубаир очень требователен ко всему, что связано с постановкой. Поэтому я всё время беспокоюсь, что работаю недостаточно хорошо… Достаточно ли красивы реквизиты, все ли детали хорошо видны, правильно ли работает вращающий механизм – вот чем заняты мои мысли каждый день». После она признается, что иногда ловит себя на мысли поступить в даршан Кшахревара, но отбрасывает её: «В конце концов, я ведь не дворец должна построить на сцене, верно? Наверно, это потому что я питаю глубочайшую любовь к театру. А еще возлагаю на себя большие ожидания».
Собственно говоря, обсуждаемого выше Зубаира можно отыскать у дальней части сцены. Его реплики тоже поменяются после задания легенд Нилу и весьма сильно. До задания он примет Путешественника за журналиста и даже сразу откажется давать интервью, тем не менее, основную информацию о себе и своём детище он всё же даст: «Я драматург и директор Театра Зубаира, находящегося в этом дупле. Кроме того, я еще выполняю функции композитора, хореографа, оформителя сцены, постановщика трюков и так далее. Труппа у нас небольшая, и, кроме Куроша, все остальные совмещают должности. Поэтому, если у вас нет срочного дела, то не мешайте здешним работникам, включая меня».
После задания Нилу, драматург, как и Наджия, будет встречать Путешественника как желанного гостя и его реплики будут звучать более дружелюбно. Он также упомянет о пополнении в труппе и как это разбавило имеющиеся хлопоты: «… с приходим новых работников теперь я могу уделять больше времени чему-то одному, да и театр стал более оживлённым». Напомню, что речь идет в первую очередь о девушке по имени Инайя, ставшей новым действующем лицом в задании легенд сумерской танцовщицы. «Нилу сейчас учит её танцевать, и, честно говоря, дело это непростое, ведь танцами заниматься нужно с самого раннего возраста. Но Инайя очень старается и также тренируется самостоятельно. Судя по её успехам, еще несколько лет, и она, того гляди, наберёт достаточный уровень для выступлений».
Не зависимо от прогресса поникший Курош в репликах Зубаира занимает особое место: «Способности у него довольно посредственные, движения скованные, а поёт он порой хуже пса Свурфа. Его единственное достоинство в его непоколебимости. Он по-прежнему не отказался от попыток стать артистом. У меня высокие стандарты, но я не могу отказаться от такого упорного ученика. Пока он искренне готов учиться, я буду его наставлять. Нельзя же рассчитывать, что все артисты будут такими же одарёнными, как Нилу». У творческих людей всё-таки мягкое сердце…
Носильщика Фархада, также знакомого игрокам по заданиям, касающихся труппы, можно отыскать у афиши театра. Его реплики не особо длинные, но благодаря его словам можно догадаться, что пьеса, о которой говорится на афише, еще не была поставлена. «Когда будет первое представление, я точно первым приду за билетами… новая пьеса, над которой сейчас работает шейх Зубаир. Если я не ошибаюсь, в ней должна сыграть госпожа Нилу». Скорее всего, речь идёт о постановке в честь праздника Сабзеруз, которую отменили в самый последний момент в сюжетной арке обновления 3.0 и в реальности представления не было, но возможно я ошибаюсь. Также Фархад даёт любопытным намёк на более чем очевидный ответ на вопрос, а почему ученые и люди искусства противостоят друг другу в Сумеру: «Пьесы Театра Зубаира еще никого не оставили равнодушными. Когда в репертуаре появляется что-то новое, учёные тотчас же бросаются за билетами, как бы заняты исследованиями они ни были». Другими словами, корень противостояния в том, что досуг отвлекает ученых от работы.
Любопытный момент: с появлением Нахиды, как игрового персонажа, почти у каждого жителя региона мудрости появилась озвученная реплика при использовании элементального навыка Дендро Архонта, как правило они по смыслу повторяют содержание диалога, но Фархад смог в некотором смысле меня удивить: «Не работа, а скука смертная. Только и жду, когда в театре покажут что-то новенькое». Иначе говоря, увлечение здоровяка театром произошло вовсе не потому, что он увидел в пьесах смысл, а потому что они яркие, а его жизнь напротив – серая.
Постаревший богатый купец Бхабха, на которого первым падает взгляд если посетить Большой Базар со стороны Улицы Сокровищ, тоже смог меня удивить, пусть его диалог с Путешественником и начинается совсем не примечательно: «Не знаю, как сейчас поживают мои товарищи из времён моей молодости…». Бхабха с удовольствием расскажет, что до того, как старость взяла над ним верх, он исколесил весь Тейват, немало повидав и заведя множество друзей, но интересное в его воспоминаниях не это: «В те времена у меня не было денег, зато были энергия и мужество. А потом… потом в одном из своих приключений я случайно раскопал сокровище. Одни говорили, что это клад фей, а другие – что это наследие Дендро Архонта. Я был тогда молод и глуп и продал находку тому, кто предложил за неё самую высокую цену. Но благодаря этому теперь я могу на старости лет не беспокоится о куске хлеба…». Я пока не могу сказать какой ценный вес у этой части истории старика, но она напомнила мне как с Путешественником я искала лучшую цену за Безымянное Сокровище в Ли Юэ.
Так же Бхабха расскажет о свои старых друзьях и как раз эта часть диалога с ним меня приятно удивила: «В молодости я был неугомонным, наполненным энтузиазма искателем приключений. Хоть я и навлекал на себя немало неприятностей, но также находил новых друзей. Помню Роальда, он вечно любил всё терять. Я одалживал ему ботинки, блокноты, кирки… а затем он их снова терял. Ещё был этот болтун, как же его звали… Сайрус? Он вечно любил тараторить без остановки, но сам других слушал неважно… Говорят, он сейчас глава мондштадтской Гильдии искателей приключений и у него есть красавица-дочка. Должно быть, он сильно изменился и повзрослел, это хорошо…». Конкретно эти слова старика вызвали у меня чувство ностальгии. Да, побочный сюжет иначе знакомит игроков и Путешественника с упомянутыми людьми, благодаря чему в диалоге с Бхабхабом остаётся ощущение сопричастности, будто ты тоже среди друзей персонажа, просто он об этом не знает.
К слову, для тех, кто забыл или вовсе не знал, красавица-дочка Сайруса – это Марджори из Мондштадта, распродающая подарки своего отца.
Рядом со стариком на посту можно застать Пустынницу из бригады тридцати по имени Сахар (воздержитесь от смешков, глумиться над именами - низко). О себе девушка не скажет ни слова, но соловьём запоёт о торговце Джуте и его лавке. «Пришёл на Большой Базар за покупками? Рекомендую заглянуть в лавку Джута. В Сумеру обязательно нужно купить специи. А в лавке Джута продаются лучшие специи в округе. Его товар не только лучшим качеством и приемлемой ценой, у него можно купить даже такие редкости, как падисару! А еще он дарит покупателям небольшие подарки…». Я вполне могла ограничится коротким пересказом её слов, но именно они когда-то первыми подтолкнули меня к мысли, что успех и популярность младшего из сыновей старика Хамави как торговца заключается именно в упомянутых маленьких подарках.
Любопытный момент: с помощью Нахиды от Сахар можно услышать такие слова: «Надо зайти после работы к Джуту и что-нибудь купить… Гм, вот только что?», и, скорее всего, многие подумают о проявлении симпатии, но не заблуждайтесь, всё дело в подарках…
К слову, падисара – тот самый капризный цветок, из которого Академия делает благовония, что поясняет её редкость.
Ученую Зохре в рамках прогулки по столице я и мои читатели уже встречали ночью в кафе «Пуспа». В дневное время она прохаживается по верхней части Базара рядом с лавкой ковров Зулейки. Можно сказать, что ученая занимается для Академии логистикой, закупая в основном специи и ковры. Но за простым, казалось бы, пояснением стоит бюрократическая волокита: «Да, я говорю, что ведаю закупками, но на самом деле большую часть своего рабочего времени я трачу на вычисление цены и подачу смет…». Тем не менее, у работы Зохре есть другая, светлая сторона: «Хотя Академия владеет знаниями, но в том, что касается производства, она по-прежнему зависит от местных жителей. Периодически приходится закупать предметы повседневного обихода. В свою очередь, Академия предоставляет жителям бесплатное медицинское обслуживание, а также берёт на себя расходы на организацию праздничных церемоний».
Впрочем, рядом с лавкой Зулейки можно встретить не только Зохре, но и Юсуфа – мальчугана, работающего на предприимчивую торговку. Он яркий пример того, что под правильным руководством и с мотивированной самоотдачей хорошо зарабатывать сможет каждый. Но для любопытных Юсуф интересен другим, а конкретно тем, что в своём восхищении работодательницей, он чуть больше расскажет о Зулейке, дополняя её собственные слова о встрече с учеными Академии: «Возможно, ты не в курсе, но Зулейка – настоящий гений. Одно время её приглашали учиться в Академию. Но она выставила этих твердолобых чиновников, заявив, что на учёбе много не заработаешь. А еще Зулейка поделилась со мной своим большим секретом: если хочешь разбогатеть, держись подальше от биржи Калими».
Собственно, Зулейка встречает Путешественника фразой, которую редко услышишь именно от торговца: «Благородный человек зарабатывает только честным путём…». Но буквально в следующей реплике понимаешь, что для девчушки это лишь образ: «… Поэтому, дорогие гости, вы можете делать у меня покупки, ни о чем не тревожась». Разговор с торговкой коврами переполнен профессиональным бахвальством, и всё же, интересен он в первую очередь упоминанием запрета торговли книгами. До событий сюжетной арки обновления 3.2 Зулейка прямо говорила, что продажа книг приравнивается к контрабанде знаниями, с чем она не желает связываться. Но и после 3.2 по словам девчушки запрет так и не был снят: «… с книгами всё сложно. После закрытия Акаши Академии придётся заново придумать, как с ними управляться. Я не любительница книг и в такие дела не лезу… Хм… если бы в тот год, когда они убеждали меня пойти учиться, работники Академии обладали хотя бы половиной моего красноречия, думаю, я бы точно не отказала им на месте…».
Любопытный момент: с помощью Нахиды можно удостовериться, что Зулейка и Дори действительно знакомы: «Как же мне надоела эта Дори! Ничего, однажды я её обгоню!».
Рядом с входом, ведущим от Бимарстана, на посту стоит Пустынница из бригады тридцати по имени Азра, являющаяся большой фанаткой звезды театра, а потому весь диалог будет посвящён Нилу: «Вот что я тебе скажу: Нилу из Театра Зубаира – лучшая в мире танцовщица. Многие красиво двигаются в танце, но Нилу уникальна тем, что вкладывает в него душу. Я еще долго приходила в себя после её выступления. Было такое чувство, словно… словно вода! Чистая вода, которой можно придать любую форму. Если бы я не была в карауле, каждый день с удовольствием ходила и любовалась ею».
Еще один Пустынник, Тахeр, патрулирует ту часть крытого рынка, откуда можно выйти к Цитадели Регзар. Он озадачит Путешественника вопросом в духе детей пустыни: «Бизнес – это правда так интересно? Не понимаю, какой смысл покупать все эти бесполезные пёстрые штуки…». А дальше он поделится своими наблюдениями, которые одновременно забавны и крайне поучительны: «А еще, мне кажется, что у этих торгашей из города не особо радостный вид. Почти у всех, кто выходит с биржи, очень хмурые лица, а последний плачет навзрыд и катается по земле. Говорят, здесь пытают счастье студенты-самоучки, думающие, что их знаний хватит, чтобы сорвать большой куш. А в результате они просаживают здесь все деньги, которых им хватило бы на весь учебный год. Лучше не следуй их примеру».
Любопытный момент: с помощью Нахиды можно узнать, что Пустынник не только наблюдает за финансовыми неудачами других, но и посмеивается над ними.
Владелиц ларька барбекю Шевирм встретит Путешественника уже более понятными словами: «Нет лучшего лекарства от печали, чем мясо и вино!», продолжая советом, что не стоит много пить, ведь так можно и лицо потерять. Шевирм один из нескольких персонажей, кто упоминает драку в таверне Ламбада: «Скажу тебе по секрету, намедни компания учёных перебрала в таверне и затеяла драку. Кажется, они спорили о том, кто лучше подходит на роль Хранителя книг. Слово за слово – и они разругались, а потом и вовсе подрались… Видимо, сколько книг ни прочитай, а вино всё равно будет говорить за тебя». Полагаю, к этой драке относится и фраза, которую можно услышать с помощью Нахиды: «Как говориться, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке».
Диалог с продавцом вина и закусок интересен еще кое-чем, начиная с этих слов: «Даже служащий Академии прикупил у меня целый ящик вина! Я понятия не имею, чем он занимается, но говорят, что он крупная шишка в Академии. Он высокий и, похоже, не дурак выпить. Но кому предназначалось вино, точно сказать не могу… Я помню, как он, неся вино, пробормотал что-то вроде: "Для извинений хватит и одного ящика". Думаешь, он хотел кого-то напоить до беспамятства и забыть о сделанных им ошибках?». Мнения об этой части расходятся: одни считают, что речь шла о Кавехе, другие – что об аль-Хайтаме. Я оставлю окончaтельные выводы за читателем, все же позволю себе озвучить свои наблюдения: очень сомнительно, что аль-Хайтайм стал извиняться, с другой стороны и Кавех читал в Академии лекции по архитектуре.
Уже упомянутый Джут является одним из двух лавочников, кто действительно торгует с Путешественником и игроками, а потому я не ожидала от него длинного разговора, что в некоторой степени разочаровывает, учитывая его семейную историю. Диалог с ним сводится к перечислению предоставляемых им товаров, делая особый акцент на падисару: «Благодаря своим друзьям из Пустынников я наладил каналы импорта падисары. Если тебе она нужна, обращайся ко мне». Можно сделать вывод, что небольшая часть запасов цветов Академии достаётся ему. Что же до подарков, его слова только подтверждают мои предположения: «… Просто, когда я только открыл магазин, я дарил людям маленькие подарки. А они мне за это рекламу делали. В Бизнесе самое главное – добросовестное отношение к людям».
Любопытный момент: пусть Джут и не упоминает семью, с помощь Нахиды выясняется, что он все же переживает об отце.
Продавец игрушками Ху Шан стоит как раз напротив прилавка со специями. Диалог с ним не продолжительный, но в какой-то мере забавный, позволяя посмеяться над стереотипным мышлением, и, возможно, отсылающий к заданию легенд Тартальи: «Говорят, что игрушки из Снежной хорошо продаются в Ли Юэ и теперь я испытываю некоторое сожаление. Вот если бы я воспользовался первой возможностью и привёз свои самодельные игрушки в Ли Юэ, сейчас бы они точно были популярнее игрушек из Снежной! Что жители этой морозной страны вообще понимают в интересах ребёнка?». С помощью Нахиды в причитания торговца добавилась еще одна фраза: «Если бы я мог позволить себе нанять флот, то давно бы вышел на рынок Ли Юэ». Не стану объяснять на что это намёк.
Странствующий торговец Афшин последний, с кем на Большом Базаре можно поговорить. Он встречает Путешественника словами: «У меня есть отличный товар и пара добрых историй, если клиентам захочется послушать». И в диалоге он действительно предоставляет игроку выбрать: купить артефакты из набора «Искателя приключений» или послушать истории, которые грубо сводятся к стоимости: «Цветок, который гордо растёт на вершине холма в Ли Юэ, трепеща на студеном высокогорном ветру. Его бледность подобна локонам богини, прикасавшейся к нему. Необычная вещица, стоит всего 80 000 моры… Столетний кувшин вина, впитавший шепот песен Анемо Архонта. Один глоток – и из твоих уст тоже польются проникновенные стихи… Потрясающая вещь и всего за 200 000 моры…».
Любопытный момент: с помощью Нахиды легко выясняется, что свои истории он попросту выдумал.
Прочитавшим - спасибо!
