Итак, ноги наконец-то принесли меня к последнему оживлённому месту в Сумеру. Оживлённому даже после всех заданий в пустыне, и я надеюсь, что читатели поймут, о чем идет речь (тихо вздохнула в память о племени Танит). Деревня Аару станет финальным пунктом в моей большой экскурсии по региону мудрости. На первый взгляд это небольшое поселение, но благодаря тому, что в нём нет массовки, зато на улицах много разговорчивых жителей, оно может показаться огромным… Это такой скромный намёк, что читать придется много…
Если повторить маршрут Путешественника и зайти в деревню со стороны статуи Дендро Архонта, то первым на пути у любопытных повстречается Фодил, бывший наёмник, а ныне один из стражей деревни. Его прошлое в качестве Пустынника сделало его несколько подозрительным, но благодаря местным порядкам он выскажет собеседнику свои опасения, пусть кое-что из его слов уже устарело: «Если хочешь «завести друга», чтобы вызнать секретную информацию, то я тебе не помощник. Во-первых, в деревне Аару нет никаких тайн. Сюда отсылают изгнанников из Академии. Большинство жителей тут с трудом зарабатывают себе на жизнь, и у них попросту не возникает никаких тёмных мыслей. Во-вторых, обитающие здесь жители пустыни намерены из о всех сил защищать этот последний оплот от любых бед. Поэтому неважно, кто ты. Нарушишь спокойствие – и тебе придётся иметь дело со стражниками деревни Аару».
К слову, Фодил является примером того, что не всем Пустынникам нравится то, чем им приходится заниматься: «Будучи в рядах Пустынников, несколько раз я бывал в Порт-Ормосе, но каждый раз нам приходилось наживаться на чужих бедах. Вскоре мне это надоело, и я ушёл, после чего больше не покидал деревню. Одно могу сказать: тот опыт меня закалил. Сейчас я могу использовать свои навыки для защиты деревни».
Также, благодаря элементальному навыку Нахиды, из невысказанных мыслей здоровяка можно сделать вывод, что жители деревни пусть и осторожничают, но воровство в поселение редкое явление, отчасти благородаря одной колоритной особе: «Я запер дверь?.. Впрочем, неважно. Пока Кандакия рядом, в деревне ничего не случится».
Оставив Фодила позади, но свернув перед мостом налево, в дневное время можно повстречать Джабари, который огорошит Путешественника неожиданным вопросом: «Отвечай не задумываясь! Рыба или мясо?». Забегая немного вперёд, скажу, что этот персонаж участник семейной ссоры в ночное время, а днём он просто решает, что приготовить на ужин и благодаря чужому решению пытается сделать выбор. Джабари довольно приветлив в общении, но стоит Путешественнику предложить использовать оба ингредиента, и глава семейства расскажет, что не все так просто: «Увы, боюсь, в моей семье не положено есть больше одного основного блюда за раз. В противном случае моя жена будет болтать о «заработке» и «экономии» с обеда до самой ночи». По сути, вкусно готовить – это единственное, что хорошо получается у Джабари, но в отдалённой деревне как Аару такой навык не очень полезный, и за свои скромные труды он получает оплату едой, да и то, скорее всего, из жалости...
Жену парня, Санию, в дневное время можно встретить у местного торговца провизией. Собственно говоря, именно она расскажет о корне всех проблем её семьи: «С таким мужем приходится каждый день еле-еле сводить концы с концами. Я не жду от него огромного заработка, просто должен быть стабильный источник дохода. А он кроме готовки, ничего толком и не умеет. В деревне Аару жителей немного, и все сами себе готовят. Не представляю, кто станет тратить деньги, чтобы покупать здесь готовую еду. Это еще что, он не только ничего не зарабатывает, но еще и умудряется раздавать то, что наготовил. Я и говорила, и ругала – всё без толку. Он даже хотел уехать из деревни на заработки. Но сразу принялся твердить, что будет скучать по дому и что не переносит сырость. Да и меня одну оставлять не хочет. Ну что я могу на это сказать? Человек он добрый, да до такой степени, что помогает другим в ущерб семейному бюджету…».
В ночное время супругов можно застать ссорящимися на том месте, где днём стоит Джабари:
С.: Хм, похоже, моры осталось совсем мало… Если так пойдёт дальше, то жить будет не на что!
Д.: Эй, погоди переживать… Мне же дали кучу еды за безделушки, которые я недавно закончил. Разве не так?
С.: И что? Хочешь, чтобы мы продолжали жить впроголодь? Что мы будем делать, когда ты больше не сможешь выручить мору за работу? Я, в отличие от тебя, не собираюсь сидеть сложа руки! Эх… Иногда я думаю, что в нашей семье будущее заботит только меня…
Примечательно, что супруги днём думают, как бы примириться друг с другом: Сания задумывается над тем, что была слишком строга с мужем, а Джабари мучается выбором между мясом и рыбой чтобы задобрить жену чем-то вкусным. Вот только ночью их мысли меняются в соответствии с разговором:
С: Так и знала! С ним надо построже!
Д.: Ну вот, опять началось…
Чуть дальше от спорящей семейной пары у палаток можно отыскать Рахмана – лидера фанатичной группы Пустынников, чья вера в Алого короля иссякла после совместного путешествия с протагонистом к могиле жреца Германубиса. В действительности Рахман появляется на краю деревни Аару после событий сюжетной арки 3.2, но прежде (после арки 3.1) здоровяка можно было найти в его лагере в пустыне, а потому и диалог с ним в зависимости от места будет сильно отличаться.
В пустыне любопытным показали, как он справляется со своим кризисом веры: «Все меняется так внезапно... Трудно не чувствовать себя потерянным. Хотя мне не нравятся люди по ту сторону Стены Самиэль, я хотел бы считать себя разумным человеком — у меня больше не будет никаких иллюзий по поводу возрождения царя Дешрета. Теперь мы друзья, и, если я тебе понадоблюсь, то не буду просто стоять сложа руки и смотреть». Особенно красноречиво звучит его праздная цитата: «Я надеюсь, что принял правильное решение…».
В деревне Аару у Рахмана начались другие заботы: «В последнее время дел невпроворот. Помимо обязательных поручений от Сайно я теперь еще отвечаю и за безопасность одной девушки. Вы наверняка знакомы. Её зовут Сетария. Недавно она получила разрешение покинуть Академию. Она сказала, что хочет распространять полученные знания в пустыне. Малая властительница Кусанали и Сайно её поддержали и здорово ей помогли. Такая удача выпадает раз в жизни. Если возможность сама идёт в руки почитателей Дешрета… грех ею не воспользоваться…». Поспешу успокоить тех, кому последние слова Пустынника покажутся двусмысленными в плохом значении, в действительность имеется в виду, что он оценил по достоинству саму возможность обучения жителей пустыни, так как при старом руководстве Академии подобное было строго запрещено, попадая под закон контрабанды знаний.
Примечательный момент: в английской локализации при прощании с персонажем он говорит, что останется в деревне надолго, из чего можно было бы предположить, что у Рахмана и Сетарии будет роман, но… вы меня понимаете…
Чуть в стороне от палатки Пустынника удачно находится подвесной мост, который выведет любопытных прямо к стоянке вьючных яков, чьи владельцы увлеченно обсуждают как можно обезопасить своих питомцев. Но прежде напомню, что торговцы из Мондштадта, Бонифаций и Нахтигар, как второстепенные участники мирового задания «Золотые сны», надолго обоснуются в деревне Аару только после завершения трагической истории Джехт и её отца.
Так вот диалог двух друзей сводится к идее Бонифация безопасно заработать на животном – привести яка в Мондштадт как диковинку из Сумеру и показывать за деньги, но Нахтигар разбивает планы друга, а заодно напоминает читателям, что конкретно держит этих двоих на землях Дендро Архонта: «Серьёзно? В Мондштадте, в отличие от Инадзумы, не действовал указ Сакоку. Если бы это работало, то там было бы уже полно вьючных яков… Кроме того, мы еще не вернули мору, которую взяли в долг при покупке зверя, поэтому мы не можем покинуть Сумеру… Тут и думать нечего, вьючных яков используют для перевозки грузов». Последние слова относятся к тому, что Бонифация пытается заново придумать велосипед, в то время как у яков в регионе мудрости конкретное предназначение и перевозки – то, чем друзьям стоит заниматься дальше.
Мальчуган по имени Зияд, бегающий кругами по улице, где отдыхают яки, встретит Путешественника словами: «Ха! Я не сдамся. В следующий раз у меня получится!». Это один из самых вредных персонажей деревни с резкой манерой речи, но конкретно у мальчика есть свои веские причины: «Взрослые такие нудные. Только и умеют, что… И каждый раз говорят, что я слишком непослушный. Они первыми поступили неправильно. Справедливость на моей стороне! Вот скажи, тебе было бы грустно, если бы твой отец заставил твою мать плакать? Ну вот! Поэтому я подсунул папе жука в штаны – ради справедливости! За что они меня ругают?». К сожалению, я так и не нашла его родителей. Тем не менее, даже у того, что Зияд бегает по улице есть небольшое пояснение: «Я побуду здесь, потом пойду домой, как только папа перестанет злиться».
Пожилую торговку Джавахир можно застать в дневное время на той же улице. Она встретит Путешественника заботливыми словами, которые в свою очередь поднимают не совсем актуальный вопрос логичности скинов некоторых персонажей в определенных локациях: «Не слишком ли ты легко одет? Ночи здесь могут быть очень холодными, так что одевайся потеплее». Старая Джавахир условно продаёт товары, сделанные другими мастерами вручную: ковры, одежду и некоторые другие мелочи. К тому же у этой женщины такое же доброе сердце, как и у Джабари: «В молодости мне довелось работать в магазине ковров в городе… Никогда не думала, что этот опыт мне здесь пригодиться! Много моры так не заработать, но надеюсь сделать жизнь других лучше. Правда я давно не была в городе, так что понятия не имею, что нынче модно. Но старым и молодым нравится то, что я делаю, так что, думаю, всё в порядке!». О добром сердце, к слову, также говорят и её невысказанные мысли: «Пока глаза видят, сошью детям побольше вещей».
На той же улице можно встретить участницу еще одного мирового задания, Саббах, которая своим любопытством по ходу выполнения «Подаренной розы» сведёт Путешественника с другим персонажем, стариком Аффаном: «До того, как ты пришел сюда, у меня действительно не было много друзей, и мне становилось довольно одиноко. Очень мало людей в деревне занимаются садоводством. Ну, это не совсем так. Старик, живший к северу от села, тоже вспахал участок под цветы. Я посещала его раньше. Он немного эксцентричный. Я видела, как он сажает камни, но он настаивал, что это цветы, и даже выгнал меня. Должно быть, это одиноко, жить самому».
Саббах на самом деле довольно интересный персонаж, который в определенной степени развивается на глазах игроков с каждым этапом мирового задания «Подаренная роза». Так, к примеру, в первую встречу она производила впечатление угнетённого человека: «Удивлён, что я не местная? Думаю, это значит, что я хорошо здесь адаптировалась. Но это не значит, что я смирилась со своим положением… Когда-то я была ученой… Вот только я сказала то, чего не должна была говорить, и узнала о том, чего не следовало знать… В целях безопасности не стану вдаваться в подробности. Любопытство не только является движущей силой поиска мудрости, но и источником проблем. Я поняла это только после того, как меня изгнали сюда…».
После завершения всех этапов задания Саббах пребывает в приподнятом настроении, потому что даже в изгнании её знания принесли плоды: «Розы Сумеру, которые мы посадили, и золотые розы из питомника Аффана прекрасно растут». Также с большим энтузиазмом девушка будет рассказывать и о том, как была ученой: «Хочешь поговорить о моём даршане? Я могу говорить об этом без остановки три дня на пролёт… Раньше я относилась к Амурте и специализировалась в области эволюции растений, так что моя работа в значительной степени основывалась на фактах. Это означает, что невозможно прийти к новым выводам без новых материалов. Проще говоря, для исследования старых видов растений нужны исторические образцы… Некоторые берут результаты предыдущих исследований, что-нибудь туда добавляют и сдают… На самом деле, мы наверняка могли бы найти материалы для новых открытий, если бы подошли к делу с позиции истории и географии… Перед тем, как меня выгнали из Академии, я поссорилась с парнем из Хараватата… В изгнании я не имею права требовать больше книг и исследовательского оборудования. Тем не менее, я способна отыскать знания где угодно, покуда моё сердце жаждет их…».
Есть вероятность, что в бурном потоке слов (и поверьте, она действительно много говорит, а я выбрала из потока только самое интересное), в котором девушка рассказывает о прошлом, Саббах намеренно или нет приоткрывает Путешественнику как новообретенному другу секрет своего изгнания, а именно проблему подтасовки результатов исследований и намекнула кому перешла дорогу – парню из Хараватата, к которому, кстати, относится Рифаэт, один из претендентов на должность Хранителя книг, чьи самостоятельные достижения вызывают уважение у других жителей Сумеру. Впрочем, кто знает, может теория о присвоении научной работы Алрани не такая уж и безумная…
К слову, первое знакомство со стариком Аффаном тоже происходит не лучшим образом: «Не могу понять, почему они не растут… Что? Еще один торговец? Ах, сколько можно… Не важно, я не испытываю недостатка в еде и одежде, и у меня нет никаких сбережений. Что бы ты ни продавал, иди продавать кому-нибудь другому. Мне нужно посадить цветы. Если ты по другому вопросу, не беспокой меня». Зато после выполнения задания «Подаренная роза» его отношение кардинальным образом меняется, потому что он достиг своей цели: «Смотри, как выросли цветы! У тебя доброе сердце, дитя. Пусть Архонты хранят и тебя, и твоё сердце».
Торговец Азалай едва ли не самый болтливый среди предприимчивой братии Тейвата. Но, к сожалению, у разговорчивости персонажа есть логическое пояснение, потому что кто как не торговец может показать то непростое положение, в котором живут местные: «Почва в деревне Аару не очень подходит для выращивания чего бы то ни было, поэтому мы привозим многие товары из других мест. Поставок приходится ждать долго, и я открыл свой магазин. Так что сразу скажу: цены здесь выше, чем в городе. Такова жизнь… Это самые низкие цены, которые я могу предложить, если учесть транспортные расходы и доставку сюда». Но не думайте об Азалайе слишком плохо, не смотря на сказанное, торговец в определенной степени идёт жителям на встречу: «Платить морой не обязательно. Если есть что-то на обмен, то показывай. Это маленькая деревня, и нас тут мало. Мы должны помогать друг другу. Некоторые жители приносят вещи, которыми они больше не пользуются, и оставляют их у меня, чтобы кто-то другой, кому они нужны, мог их забрать. А моему делу это только на пользу…».
Чуть в стороне от торговца можно лицезреть презабавнейшую сцену с участием старой Кульсум, отдельные детали которой зависят от прогресса сюжетной линии Сумеру, тем не менее, все они связывают вместе нескольких персонажей, встречающихся в деревне. Так, например, до сюжетной арки 3.2 старуха ведет диалог с одним из своих внуков, Рамизом:
Р.: Бабушка, можно спросить? Мы с Навазом думали, думали, но до сих пор не поняли.
К.: Конечно.
Р.: Бабушка, а царь Дешрет действительно восстанет из мёртвых?
(старуха злиться, а внук не понимает в чем дело)
Р.: Бабуля…?
К.: Эти фанатики! Уже и до детей добрались! Дитя, пожалуйста, послушай внимательно: хотя божества действительно очень могущественны, даже они могут исчезнуть. Быть одержимым тем, чего нет – это безумие. Так жить нельзя. Эх… Если бы народ пустыни был чуточку образованнее, то не верил бы в эту ложь… Дитя, я… знаю, что это непросто, но пожалуйста, учись усердно. Слушай Сетарию.
Упомянутый Наваз легко отыщется на севере деревни над водопадом, собирающим скарабеев, что в значительной степени задаст тон их с Путешественником диалогу. Тем не менее, мальчик с детским простодушием намекнёт, кто именно в деревне Аару распространяет фанатичные слухи, так разозлившие Кульсум, до того, как это сделает сама игра: «… Ты не знаешь о скарабеях? Это самые крутые жуки на свете! У них самые крутые панцири, самые крутые узоры. И они круто сияют под солнцем!.. У царя Дешрета самые крутые скарабеи. Но те взрослые, которые говорят мне верить в царя Дешрета, такие надоеды… Мне они не нравятся. Царь Дешрет дружил с разными животными! Овцами, волками и… и… кто же там ещё был?.. Если он дружил с животными, разве он мог быть плохим богом? Но если он был хорошим, почему люди, которые в него верят, такие противные?».
В действительности речь шла о Кагемни, который до сюжетной арки 3.2 находился недалеко от склада деревни и был весьма резок в разговоре с Путешественником: «На что смотришь? Ты только посмотри на себя! Ты что, на побегушках у Дендро Архонта? Мы, жители пустыни, обязаны сохранять веру в царя Дешрета! Он вернётся к нам. Когда настанет этот день, верные будут вознаграждены процветанием и славой! Те же, кто предал царя Дешрета… Заплатят за то, что сделали!».
После сюжетной арки 3.2 картина немного поменяется. Старая Кульсум рядом со своим домом будет распекать уже Кагемни не столько за навязывание своих фанатичных взглядов её внукам, сколько за легкомысленность парня:
Ку.: Знаешь, в чем твоя ошибка?
Ка.: Да, знаю…
Ку.: Ну так и в чём?
Ка.: Я… Я не должен был верить слухам.
Ку.: А еще?
Ка.: Ещё? Ещё… я не должен был пудрить мозги вашим внукам?
Ку.: Здесь ты прав, но разве суть в этом? Какой толк знать, в чём ты не прав? Нужно действовать! Слоняешься целыми днями без дела, вот и веришь всем этим бредням! Ты же еще молод! Сейчас самое время взяться за голову и чему-нибудь научиться. Посмотри на Сетарию!
Ка.: Вы правы…
Примечательно, что в каждом из диалогов Кульсум упоминает Сетарию, как пример для подражания и, возможно, кому-то это может показаться странным, просто дело в том, что сюжет приведёт Путешественника в деревню Аару уже после того, как он с Нахидой разыграет для девушки злой спектакль в столице. Другими словами, на момент знаменитого боя между Сайно и аль-Хайтамом Сетария предположительно уже вернулась в родную деревню и начала свою просветительскую деятельность, не нарушая законы Академии.
К слову, также Сетарию и её работу на благо деревни упоминает и Рамиз, который после сюжетной арки 3.2 отыщется рядом с домом старосты. Лично мне было приятно видеть, что мальчуган прислушался к словам бабушки: «Тебе наверняка знакомы детские книжки про аранаров? Мне когда-то их принесла Сетария, чтобы обучить грамоте. Поначалу книги показались мне сложными, но истории были такими захватывающими! Иногда мне так сильно хотелось узнать концовку, что приходилось мельком пробегать сюжет в середине, из-за чего многие слова так и не удалось выучить… В последнее время Сетария часто бывает в деревне Аару, но она постоянно чем-то занята и не всегда может почитать со мной… Я знаю, что она занимается чем-то очень важным. Бабушка говорит, что это пойдёт на пользу нашей деревне! Чем быстрее я всему научусь, тем быстрее смогу ей помогать!».
Дальше по улице от читающей нотации старухи в дневное время можно встретить двух подружек, Айтен и Кариму, которые обсуждают двух самых ярких (по крайней мере визуально) персонажей Аару – Дэхью и Кандакию. Между тем в их увлеченном диалоге поднимается одна из главных проблем деревни, а именно отток молодого населения по разного рода причинам.
А.: Дэхья так здорово умеет делать «вжух!» своим огромным мечом! Вот бы так уметь! Уехать в город, заработать деньги, а потом кушать всякие вкусности!
К.: А? Ты хочешь отсюда уехать?
А.: Конечно. Ведь не зря все братья и сестры один за другим уехали из деревни. Это же всё потому, что там лучше?
К.: Хм… А вот я хочу быть как Кандакия… Красивая и сильная. И всегда может защитить дом.
А.: Тоже неплохо. Сделаем так! Я уеду на заработки и привезу кучу моры из города. И тебе хватит для защиты деревни. Как тебе такой план?
Наёмник по имени Атия с первых же слов будет агитировать Путешественника пополнить ряды Пустынников: «Вижу предо мной настоящий мастер. Не хочешь вступить в ряды Пустынников?». Полагаю, не всем будут понятны перспективы, которые расписывает парень как потенциальные преимущества, такие как возможность покинуть деревню и разжиться морой, охраняя толстосумов из Академии. Дело в том, что отряды Пустынников в отличие от торговцев и путешественников могут свободно пересекать Караван-рибат как своеобразный КПП, минуя утомительную волокиту с документами, чем ситуация раздражает многих. К тому же Атия в Аару лишний раз подчеркивает проблему оттока молодого населения, тем более что он прекрасно понимает, чем может заинтересовать местных: «Надо нахваливать жизнь за пределами деревни, тогда от желающих отбоя не будет!».
В стороне от наёмника в ночное время суток можно встретить еще одну спорящую семейную пару, Раефа и Нермин. Впрочем, «спорящую» и «семейную» будет некоторым преувеличением. Парень мягко ворчит на девушку за то, что она покинула дом: «Дорогая, ты опять вышла на улицу? Болезнь только-только отступила, нужно себя поберечь… Любой, кому ты небезразлична сказал бы то же самое…», и спустя пару фраз ловко сменит тему разговора на подаренные девушке цветы. Нермин, вздыхающая о том, что её кавалер в такие моменты похож на ворчливого старика, признается, что заботиться о комнатных цветах у неё получается плохо. Можно было бы предположить, что, говоря о болезни, речь шла об Элеазаре, но их диалог не менялся с 3.1, а тогда болезнь-проклятие еще во всю бушевала. Тем не менее, этот увлеченный диалог является подводкой к поручениям от Нермин и её попыткам заботиться о цветах.
В свою очередь, если бы не милый семейный спор, я совершенно позабыла, что в дневное время суток Раефа, как стража деревни, можно застать в другом месте, настолько неприметном, что пропустить его не составит труда. Дозорный пост парня находится на крыше дома, у которого торгует Азалай, чей высокий бортик легко скрывает стражника от любопытных глаз.
Разговор с Раефом начинается с его вздохов и причитаний, что и сегодня никого нет. Впрочем, он не ожидает кого-то конкретного, просто его задача наблюдать с высоты и предупреждать об опасностях, правда в той части пустыни, где располагается деревня Аару довольно спокойно, поэтому он большую часть времени докладывает о доставке грузов: «Благодаря этому я общаюсь с соотечественниками, часто бывающими в дальних краях, и могу попросить их привести семена цветов или растений в горшке». В одной из веток диалога Раеф признается, что возится с цветами исключительно ради Нермин: «Я делаю это ради своей девушки… У неё проблемы со здоровьем, она всё время проводит дома и редко выходит на улицу. Ей очень нравятся цветы. Зеленые растения, похоже, придают ей силы. Но, как видишь, деревня Аару – неподходящее место для влаголюбивых растений… Зачастую цветы, которые привозят, живут недолго, даже если за ними хорошо ухаживают».
Но разговор с парнем будет интересен еще кое-чем. Рассказывая об ожидании хоть кого-то он упомянет «гостей из Шамании» и в одной из веток диалога у любопытных будет возможность расспросить Раефа о них. «Согласно легенде, это группа людей живущая в сердце пустыни. Одни говорят, что они были не в ладах с Академией и поэтому бежали подальше в пустыню. Другие – что это специальная следственная группа, отправленная Академией в пустыню. Не уверен в деталях, это всё слухи. Их никто никогда не видел. Между нами говоря, я надеюсь, что эта легенда правдива…».
Старый страж деревни по имени Белькасем встретит Путешественника буквально у дверей дома старосты. Его и старосту связывают дружеские отношения, что сразу бросится в глаза во время разговора: «Хотя этот старик Анпу и говорит: «Приходи ко мне, если возникнут проблемы», пожалуйста. Не беспокой его по всякой ерунде. Я знаю его с тех пор, как мы были детьми, а потом я уехал из деревни в поисках новых возможностей… Когда я вернулся, он уже стал ворчливым старикашкой, который рвётся всё делать сам. Так что я пошёл служить стражем. Помимо патрулирования, я помогаю немного облегчить его ношу».
Собственно говоря, упомянутого Анпу в дневное время можно застать в одиночестве в доме. Как и говорил его друг, основная часть диалога с ним сводится к описанию трудностей в пустыне и совету обращаться к нему, если возникнут проблемы. Правда после завершения сюжетной арки 3.1 в диалоге со стариком добавится новая ветка, в которой Анпу узнаёт Путешественника: «О, это ты! Исаак говорил о тебе. Сказал, что хочет отблагодарить. Этот малыш очень любит тебя. Ты для него пример для подражания. Всегда приятно видеть детей активными и трудолюбивыми».
В ночное время обоих стариков можно застать вместе под крышей дома, где один успокаивает другого тем, что в деревне, несмотря на отток населения, еще остались трудолюбивые и упорные молодые люди, приводя в пример Кандакию и Казана. Самое интересное, что можно подчеркнуть из увлеченного диалога стариков, это упоминание детства игрового персонажа: «Помнишь, как она малышкой плохо видела и путала двери домов?».
В ночное время недалеко от дома старосты появляется еще одна из стражей деревни по имени Шата. Она встретит Путешественника заботливым советом: «Уже поздно, поэтому тебе лучше вернуться домой и отдохнуть». К сожалению, девушка упоминает события, тесно связанные с сюжетной аркой 3.1, особенно ярко раскрашивая рассказ личным мнением: «У нас уже несколько раз похитили хранителей деревни. Вот деревенский староста и увеличил наши патрули, добавив пару человек… Говорят, это как-то связано с Академией… Хм, даже когда я работала в городе наёмником в Бригаде тридцати, я уже видела их насквозь… Эти несчастные учёные хуже тех призраков, которые взрываются прежде, чем исчезнуть. Вечно строят какие-то козни. И те идиоты, которые кричат про воскрешение царя Дешрета, ничем не лучше…».
После сюжетной арки 3.2 чуть дальше от Шаты можно застать второстепенных участников задания архонтов – мальчугана Исаака и ученого Халила.
Ребенок, как и говорил староста, благодарен Путешественнику и не забудет сказать ему «большое спасибо», но в то же время расскажет о советах, которые дали мальчику две колоритные подруги деревни: «Как говорит Кандакия, если кто-то помог, то нужно быть благодарным и учиться у такого человека. Но Дехья говорит, что я должен быть терпеливым, потому что я еще молод, а еще, что должен начать с малого и научиться жить самостоятельно, прежде чем начать заботиться о своем дедушке».
Халил тоже встретит Путешественника как старого знакомого, чем удивит протагониста: «Исаак неоднократно упоминал о тебе, потому я сразу тебя узнал. В прошлый раз я был немного не в себе и не поблагодарил, за что мне очень стыдно. Благодаря тебе я могу жить здесь вместе с Исааком. Одна девушка по имени Сетария предложила мне вернутся в Академию, но я всё обдумал и решил остаться в деревне Аару. Во-первых, я беспокоюсь за живущего в одиночестве мальчика. А во-вторых, я стольким обязан деревне, что не прощу себе, если уеду…». Но в невысказанных мыслях ученого есть намёк, что на его окончательное решение, возможно, повлияло другое: «Оказывается, я похож на дедушку Исаака. Наверно, это судьба».
К слову, решение Халила оставаться показалось мне символичным, потому что его коллега по Академии и несчастью, девушка по имени Фаргана, видимо, получила от Сетарии такое же предложение и вернулась, обосновавшись у одного из книжных стеллажей в доме даэны. Примечательно, кстати, и то, что несмотря на частое упоминание Сетарии, её самой в деревни не найти. Но недавнее появление девушки в Аару во временном событии проведения Праздника ветряных цветов пусть и выглядело не совсем логичным, зато дополняло образ места.
Еще чуть дальше можно встретить других второстепенных участников мирового задания «Золотые сны», которые останутся в деревне Аару после завершения. Их основная задача, как и раньше, остаётся надзор над юношеским любопытством некоторых молодых исследователей, рвущихся в пустыню за «открытиями».
Пустынник в отличительной форме Бригады тридцати по имени Хульвани сухо попросит любопытных держаться от него подальше: «Говорю же тебе, я на задании. Не разговаривай со мной. Честно, я бы поболтал, если бы у меня было свободное время. Если упущу кого-то из молодых исследователей, мне потом отвечать».
Старый ученый Сохейль, чьим сопровождающим и является Пустынник, продолжает всё ту же линию, разве что в словах старика больше характерного недовольства: «Ну почему молодые учёные такие неугомонные… до сих пор находятся такие, которые изо всех сил стараются попасть в пустыню. В итоге нам с Хульвани приходится несколько раз в день обходить окрестности. У меня кружится голова, болят ноги, а времени изучать плиты, которые вы с таким трудом нашли, совсем нет. Ох, даже не знаю, когда я смогу вернуться в Академию».
Осторожную Шани можно найти у дверей её дома. Содержание разговора с ней тоже в некоторой степени устарело, что особенно заметно по некоторым репликам: «После прошлых событий деревенский староста поставил ночную стражу у жилища хранителей деревни. В конце концов, они по могли деревне Аару. Деревня тоже должна позаботиться об их безопасности». В остальном девушка рассказывает, что в деревне стало несколько спокойнее, попутно делясь мечтами отправится в путешествие: «Если бы у меня была возможность от правиться в место, где никому не было дела до Дендро Архонта или царя Дешрета, я была бы намного свободнее…». И я невольно подумала о Мондштадте…
Единственного на всю деревню врача по имени Маруф можно отыскать недалеко от верхней точки подъёмника. Он встречает Путешественника ворчанием на тему пополнения запасов: «У нас осталось мало бинтов… Я, наверно, должен сообщить об этом деревенскому старосте, когда увижу его…». Представившись, он в некоторой степени прояснит, почему бинты в приоритете перед лекарствами: «Моя специализация – перевязка ран. Люди, получившие ранения в пустыне, часто попадают сюда, в деревню, и полагаются на меня в лечении своих ран. Хотя деревня Аару состоит в основном из детей и пожилых людей, большинство из них находится в хорошем физическом состоянии и редко страдают серьёзными недугами. А при лёгких недомоганиях я обычно готовлю лекарства, полагаясь на свой опыт… Если возникает недуг, с которым я не смогу справиться, тогда… остаётся только каким-то образом отправить больного в город… Если малая властительница Кусанали может исцелить даже от Элеазара, то в Бимарстане, подчиняющемся её Академии, обязательно справятся!». В словах врача меня особенно покоробило «каким-то образом».
Тем не менее, отдельно стоит отметить, что у Маруфа действительно хорошие отношения с врачами Бимарстана и при возникновении трудностей, коллеги готовы прийти друг другу на помощь, что иллюстрируют некоторые связанные с медициной поручения в Сумеру.
Единственный в деревне подъёмник местные еще называют Белым и о его работоспособности заботятся двое, отец и сын. Главу семейства, Казима, можно отыскать на средней остановке лифта и он поведает не совсем обычную историю конструкции: «Этот подъёмник был построен давным-давно хранителем деревни. Слышал о хранителях? Это сумасшедшие исследователи, сосланные сюда Академией… Говорят, что хранитель деревни, помогавший строить подъёмник, был из Кшахревара. Сначала даже этот механизм хотели назвать Подъёмником Кшахревара. Но между Аару и Академией всегда были натянутые отношения. В конце концов, мы просто указали в названии цвет, ассоциирующийся с даршаном. Так что теперь это Белый подъёмник». Но особые надежды уже немолодой отец возлагает на сына, которого можно посчитать примером упрямства на фоне покидающей деревню молодёжи: «К счастью, мой сын Касан, в отличие от многих других молодых людей, не ушёл из деревни, чтобы стать наёмником или бродячим торговцем. Планирую передать ему свои знания и он сможет стать моим преемником…». Правда в мыслях глава семейства признаёт, что сыну еще многое предстоит узнать.
Касан отыщется в самом низу, у воды, где парень присматривает за детьми, которые от скуки проказничают по мелочи: «Все в деревне знают, как важно поддерживать постоянный запас воды в пустыне. Это серьёзный вопрос, не до баловства. Но дети любят поиграть и иногда бросают камешки или запускают «блинчики» по воде. Конечно, они говорят: «Я так больше не буду». А потом через несколько дней опять всё повторяется, как будто они забывают о своём обещании…». Впрочем, среди откровений парня найдётся и подводка к поручению «Беги, Химли, беги!»: «А в последнее время, кажется они изменили свою тактику. Иногда они кричат «Остановите подъёмник! Это не учения!» - и мчаться ко мне…».
Упомянутую детвору можно застать у подъёмника в дневное время. В увлечённом диалоге между Эбейдом и Химли как раз обсуждается то, что взрослые запретили детям бросать в воду камни и Эбейд уговаривает друга поучаствовать в другой игре… К слову, в деревне Аару диалоги детей очень забавны.
Э.: Так скучно. Взрослые опять не дают нам пускать камешки по воде, может быть мы…
Х.: Ой, неужели ты опять хочешь это предложить…
Э.: Именно! «Учения по обороне деревни Аару»! Первый шаг – перекрыть путь! Пойдём перекроем путь по мосту…
Х.: Не надо. Дядя Хабачи поймает нас прежде, чем мы успеем дойти до висячего моста…
Э.: Ну и что нам тогда делать? Может быть, ты придумаешь какую-нибудь другую интересную игру?
Х.: Ну… как насчёт того, чтобы забраться на… Какого он там цвета? Я всегда забываю название… Короче говоря, подняться на подъёмнике! Посмотрим, кто быстрее и выше поднимется!
Э.: Ого, звучит интересно! Но если мы выберем эту игру, то уже дядя Казим устроит нам взбучку!
Два последних разговорчивых жителя деревни находятся в стороне от основных строений поселения, у местного склада. Одна из них женщина в годах по имени Наджат, которая так увлечена своим делом, что даже не сразу обратит внимание на Путешественника. Именно она расскажет любопытным назначение склада: «Здесь хранятся наиболее важные припасы деревни. Каждый раз обязательно нужно всё пересчитывать и проверять, чтобы не было никаких проблем. Хоть господин Хабачи и очень строг, но мы не допрашиваем без причины всех, кто приближается к складу… Если деревне будет угрожать опасность, первым делом мы остановим Белый подъёмник, обрежем подвесной мост и встанем на защиту склада». После её слов становится понятно, что упомянутая игра ребятишек у водоёма не родилась на пустом месте. Тем не менее, самое важное в разговоре с женщиной осталось в её невысказанных мыслях: «Не пора ли почистить оружие, которое хранится на складе?».
Начальник склада в отличие от своей коллеги не особо разговорчив и с первых же слов заявит: «Посторонним вход на склад запрещён. Как следует из названия, это место, где хранятся припасы деревни Аару, больше мне сказать нечего. Дальнейшие расспросы будут выглядеть крайне подозрительно». Скажете самый скучный персонаж в деревне? Я бы согласилась, но в невысказанных мыслях здоровяка звучит усталая фраза, показывающая, что Эбейд и Химли потрепали ему нервы: «Надеюсь, эти паршивцы будут вести себя тише».
Прочитавшим - спасибо!
P.S. Личные проблемы и работа выжали из меня все соки... Но я не ожидала, что в Аару столько связанных и душевных историй. Тем не менее, в "Заметках" о Сумеру я наконец-то ставлю точку. :)
