И вот, ноги наконец-то привели меня в город Сумеру, переполненного интересными персонажами и красочной массовкой. И, как ожидалось от большого поселения, моё знакомство со столицей региона мудрости несколько затянется и к тому же будет разбавлено изучением досок с объявлениями. Но всему своё время. Тем не менее, напомню, если кому-то в Тейвате есть, что сказать, то обязательно найдется тот, кто всё услышит. Итак, прогуляйтесь со мной до таверны Ламбада.
Дорога из Гандхарвы привела меня к южной окраине Сумеру, где некогда упомянутый мною контраст региона особенно заметен. И первой на пути Путешественника повстречалась девчушка по имени Мину, чьи причитания касались аранар: «Только мелочь пузатая верит в аранар. Это существа из детских сказок, нужно помнить об этом. Если ты веришь в аранар, значит, ты еще не вырос». Но стоило Путешественнику поинтересоваться историями о лесном народце, как кроха с энтузиазмом начала свой рассказ и в конце концов разревелась. «… например, «Храбрый аранара». Хотя аранары невысокие, они очень смелые. Аранара, который боялся огня, бросился тушить собой пожар, чтобы спасти лес и… у-у-у (всхлипывает) его жителей… у-у-у… аранара… Нет-нет, это просто сказки! А Мину выросла и больше не верит в сказки… хнык-хнык…».
Немного в стороне от девочки и от дороги, ведущей к городу, можно отыскать еще одного ребёнка, мальчугана Ниму. Разговор с ним еще напомнит об оставленной позади Мину. «… Раранана услышит, как я пою, и снова придёт ко мне… Это маленькие круглые друзья. Рарананы тайком появляются здесь, когда рядом нет взрослых. Прямо как я, когда отлыниваю от работ в поле. Даже Мину, которая вечно смеялась надо мной и дразнила мелочью пузатой, поверила в историю о рарананах и даже разозлилась, когда я имя неправильно сказал. Но… я же своими глазами видел рарананов, они такие маленькие человечки и правда существуют».
Ближе к городу на глаза любопытным попадётся старая фермерша Нигина, которую донимают переживания: «Интересно, как поживают дети в Академии?». На самом деле женщину мучает душевная болезнь всех стариков и дальше она пожалуется, что с тех пор, как её дети поступили в Академию и стали настоящими учёными, они едва пару раз в год показываются дома, занятые каждый своей работой. «Я, старенькая, одна-одинёшенька тут осталась… А в одиночку сложно контролировать, какое количество готовишь. Всегда получается больше, чем нужно… Но детей ждёт великое будущее, мне грех жаловаться. Я лишь беспокоюсь, как они там».
Через дорогу напротив Нигины стоит странствующий торговец Сирафи, который встретит Путешественника честными заверениями: «Товары у меня простые, но все они из прославленного Алькасар-сарая». Такое начало не может не заинтриговать тех, кто пока плохо знаком с географией Сумеру, а потому, по просьбе Путешественника торговец пуститься в пояснения: «Возможно, вы не слышали этого имени, но наверняка обратили внимание на огромный дворец на севере Сумеру. Это и есть Алькасар-сарай, а его владелица – моя хозяйка. Товары, которые проходят через её руки, очень ценны, хотя и вполне обычные». А вот от тех, кто всё же упрекнёт Сирафи в нахваливании товара, парень предпочтёт откупиться парой фруктов Харра – «Это мелочь для Алькасар-сарая».
Стоящая рядом с торговцем Пустынница по имени Асила особо не многословна, но её слова заставят некоторых любопытных задуматься: «Не пойми меня неправильно, но я не нанималась к тому странствующему торговцу и не собираюсь его слушать. Кроме того, он просто выполняет то, что велит хозяин». Другими словами, они оба работают на одного человека, и те, кто прокачал уровень дружбы с Дори уже знают ответ.
Миновав торговца и его охрану любопытным встретится еще одна фермерша, разве что моложе, чем старая Нигина. Можган даст Путешественнику хороший совет: «Не стоит смотреть свысока на маленькие цветы и траву. Если знаете, как их применить, вы получите куда больше пользы», но дальше её совет плавно перетечёт в другое русло. «Например, если толчёную сумерсукую розу смешать с водой и нанести на лицо, это отбелит и освежит вашу кожу! А я вот что вам скажу: дома всегда должна быть сумерская роза».
Махамата Панах, вручивший по сюжету Путешественнику терминал Акаши, и после будет заливисто расписывать преимущества технологий. Впрочем, его реплики не изменятся даже если изловчится и обойти скриптовую сцену. «Акаши – это кладезь мудрости, доставшийся нам от великой властительницы Руккхадеваты. С помощью силы Акаши мудрецы создали терминал Акаши. Достаточно его надеть, чтобы воспользоваться мудростью Дендро Архонта и получить необходимые знания. Раньше Академия выдавала терминалы только местным жителям и иностранцам, на долгое время оставшимся в Сумеру. Но недавно было разрешено выдавать его всем путешественникам. Теперь каждый может почувствовать всемерную любовь властительницы Руккхадеваты».
Наёмник из Бригады тридцати по имени Лаит, который участвует в скриптовой сцене вместе с Панахом, легко может напомнить любопытным персонажа из совершенно другой вселенной, но тоже с огромным отрытым миром, уж слишком похожи их истории (с некоторыми поправками, конечно): «Тропический климат мне не очень подходит… Моя старая травма частенько ноет в сырую погоду, а в Сумеру болит не переставая. Из-за травмы я гожусь только для простой работы в городе». Поймите меня правильно: страж… стрела… колено… Но, отбросив шутки в сторону, Лаит один из первых, кто заставит любопытных задуматься над внешним видом Бригады тридцати, пусть общий стиль претерпел лишь небольшие изменения, главное, что сразу бросится в глаза – вместо знака Пустынников, на шарфах Бригаты красуется эмблема Сумеру.
Миновав арку, на пути у Путешественника повстречаются еще два представителя Бригады тридцати, которые к тому же еще являются братьями-близнецами. Старший из них, Акрам, начнёт разговор с таких слов: «Знай своего противника и знай себя, лишь так ты станешь непобедимым. Верно?». Дальше он пояснит, что Бригада тридцати отвечает за общественный порядок в Сумеру и воровство – самое распространённое преступление в городе, но одновременно с тем парень весьма забавно проговорится: «Если я не пойму, как воришки тащат вещи, как я смогу отличить их? Но если мой братишка случайно увидит меня за кражей, он непременно разоблачит мой замысел. И как тут совершенствоваться?».
Второй брат, Фарук, в свою очередь заводит разговор с Путешественником, начиная с предостережения: «Остерегайся карманников». По его словам, благодаря усилиям Бригады тридцати отважных воришек в городе поубавилось, вот только проблемы это не решило: «…Чего не скажешь о воровстве со стороны тех, кто осуществляет контроль. Увидишь человека похожего на меня, не спускай глаз с кошелька. Это мой брат-близнец, мелкий воришка и тот еще брехун. Не дай ввести себя в заблуждение и следи за его руками…», после чего поделится своим опытом. «Поверь, так проще – никому не верить. Если ослабишь бдительность при виде кого-нибудь в форме, настанет день, когда и ты окажешься в невыгодном положении».
Примечательно, что среди многочисленных записок на досках с объявлениями в городе есть такая, где рассказывается подобный случай воровства Пустынниками. Возможно она об этих братьях.
Секретарь Фариха, стоит чуть в стороне от братьев-стражников. Как и все представители данной профессии она немногословна, но все сказанное ею относится к тому, что принято называть «по делу»: «Я секретарь господина Низама, отвечаю за составление рабочих протоколов визиря. Если увидишь, как господин Низам хмурится или вздыхает, не придавай этому значения, это его обычное состояние. Просто изложи ему свою просьбу, и он во всем разберётся».
Сам же визирь Низам находится выше по лестнице, у дома. Он дипломатически вежливо поправит Путешественника, посчитавшего должность этого человека за имя: «Меня зовут Низам, а визирь – моя должность. Я управляю Большим базаром от имени Академии и решаю различные административные вопросы на улице Сокровищ». Правда дальнейшие слова Низама дают повод задуматься, как все не просто в Сумеру, а филиал бюрократического ада также есть и в землях Архонта Мудрости: «По крайней мере, так звучит официально. На самом деле, я занимаюсь всякими пустяками, с которыми не хотят иметь дело махаматы…». Но самым интересным в разговоре с чиновником является предстоящее событие и связанные с ним детали: «Скоро будет избираться новый Хранитель книг, а это сулит много хлопот. Простыми словами, избирается глава Дома даэны в Академии. Хотя каждый может запросить знания у Акаши, но доступ к важным древним книгам и документам невозможен без одобрения Хранителя книг. Вот почему ученые Академии обеспокоены этим вопросом. Но мне всё равно… Однако мы с Викрамом уже выпили, поэтому я не могу поддержать его, чтобы не навлечь на себя подозрения».
Впрочем, среди хлопот, переложенных на визиря есть и те, что касаются уже пролетевшего праздника: «… перед днём рождения Дендро Архонта некоторые жители приходят в Академию и требуют плату за проведение фестиваля Сабзеруз. Но после ухода Руккхадеваты начальство, похоже, не горит желанием устраивать эту церемонию. К тому же они не хотят решать вопросы жителей, и в итоге все эти конфликты ложатся на мои плечи…».
На улице рядом с домом визиря много торговых лотков, но только с владельцем одного из них в дневное время можно перекинуться парой слов. Продавец фруктов и овощей Хусеин встретит Путешественника словами: «Чтобы прожить спокойную жизнь, тоже нужно мужество». По его словам, раньше он был моряком, много штормов повидал, но ни один так и не смог забрать его жизнь, что привело здоровяка к мысли: ни ветер, ни волны не стоят того, чтобы их боятся, гораздо сложнее всё время сохранять спокойствие. «Посадить семечко нетрудно, но вот вырастить из него большое дерево – задача не из простых. Примерно так. Вот только Хассану лучше такого не слышать, а то он снова начнёт отчитывать меня, что я не знаю чувства меры…». Последние слова скорее всего являются отсылкой к рекламе Хусеина своего торгового ларька, в строках которой он тоже заливается певчим соловьём, что подведёт любопытных к вопросу, а что же из его слов правда?
У домохозяйки Танамарт, стоящей рядом с прилавком Хусеина, тоже примечательное прошлое. Раньше, до свадьбы она была наёмницей из Пустынников, но теперь, проживая в городе избавится от привычек ей оказалось сложно и это поставило её перед определенными трудностями: «На чём бы сэкономить, чтобы сходить в кузницу и выковать новый резной топор… Зачем? Затем, что топор – это моё оружие! И без топора под рукой мне как-то не спокойно. Мир – это, конечно величайшая ценность, но лучше быть готовой ко всему». Путешественник, которому знакома жизнь в бою, выскажет девушке своё понимание, на что она разразится забавной тирадой, но уже в адрес своего супруга: «Эх, вот бы у моего никчёмного мужа были такие же мозги, как у тебя. Чем больше он зарабатывает, тем больше луков и стрел я смогу купить, чтобы обеспечить для нашей семьи безопасность. Нельзя пренебрегать запасом вооружения…».
Пройдя дальше по улице в дневное время, любопытные наткнутся на спор мастера гончара и покупателя, Акима и Харим, в котором Путешественник на своё счастье не сможет поучаствовать. Его суть сводится к завышенной цене на конечный продукт, что хорошо показывает одна из реплик Харим: «Отличие от других еще не означает, что нужно задирать цену. К тому же все здесь учились мастерству каменщиков у Акаши, в чем разница?». Аким же продолжает гнуть свою линию: «Пусть мы и прошли одинаковое обучение, но результаты наших трудов сильно отличаются! В отличие от остальных, я не гнушаюсь инновация, а еще я испытал куда больше видов глины…». Вот только девушка делает свои интересные выводы: «Вот ты и попался! А еще говоришь, что требуешь с меня столько денег не для того, чтобы накупить новые материалы!».
Примечательно, что спор мог бы остаться мало примечательным, если бы не являлся сюжетной подводкой к ежедневному поручению «Глинобетон» от гончара.
О патрулирующей площадь Дивана наёмнице по имени Рима сложно что-либо сказать, она еще более немногословна, чем некоторые персонажи города. Начав с ней разговор, девушка будет некоторое время молчать, а после одарит Путешественника фразой, которую сложно было пояснить: «У тебя острый глаз, как у сокола. Должно быть ты тоже хищник, как эта птица. Не нужно оправдываться, я никогда не ошибаюсь в подобных вещах…». Но после обновления 3.4 её слова обрели некоторый смысл, напомнив сравнением о методах воспитания убийц в племени Танит.
Предсказательница Набия тоже предпочитает загадочные и туманные фразы, но профессия требует от неё большего красноречия. Девчушка начнёт разговор с Путешественником такими словами: «Искушение может родить чувство любви, но чрезмерная любовь может обернутся катастрофой. Но, к счастью, они не слишком тебя любят». Речь идёт вовсе не о предсказании протагонисту, а о кошках маленькой предсказательницы, Харут и Марут, но этот престранный разговор, как впрочем, и зверьё девочки, в своё время заинтересовал моего коллегу по перу, благодаря чему я предлагаю любопытным ознакомится с его выводами, ведь за кошачьими именами скрывается уже другая история.
Днём Путешественник может стать свидетелем еще одного маленького спора, на этот раз между искательницей приключений Авеной и охраняющей её наёмницей Лемтой. Он сводится к тому, что Пустынница сетует на то, что выполняет не ту работу, для которой была нанята, а именно охраняя Авену, таскаться по Большому базару и носить её вещи вместо защиты. Это даже визуально показано – на плечах Лемты походный рюкзак, который привычно видеть на представителях гильдии.
У этого небольшого спора есть ночное продолжение в стенах заведения Ламбада (не путайте с танцем, это мужское имя в родительном падеже), где Пустынница жалуется на работу старому знакомому, но это уже другая история.
Собственно говоря, подходя ближе к обозначенной таверне, в разное время суток у её дверей можно встретить двоих. Днём это девушка из Ли Юэ, Ци Шань, которая работает официанткой в таверне и одновременно с тем готовится к сдаче экзаменов на поступление в Академию. С детства она любила следить за суетой в порту, что со временем породило в ней интерес к судостроению, и сейчас девушка надеется, что в Академии сможет углубить свои познания. В свободное время от работы время Ци Шань обсуждает корабельные вопросы со студентами, знакомыми учеными и даже работниками. «Сначала я опасалась, что нехорошо их беспокоить во время отдыха. Но кто бы мог подумать, что ученикам Академии так понравится болтать со мной!». Да, с девушкой и её увлечением в Сумеру связано многоэтапное поручение по строительству корабля, но вся интрига конкретно этого разговора с Ци Шань на самом деле в другом, а именно в сменщике девушки.
Эрфан стоит у таверны Ламбада в ночное время суток и от своей работы он получает истинное удовольствие, хотя взялся он за неё лишь по просьбе хозяина заведения, чтобы обезопасить девушку из Ли Юэ: «Многие приходят сюда, чтобы выпить ночью. Кто-то может и сильно перебрать. Потому Ламбад попросил меня подменить Ци Шань. Днём я студент, а ночью – бармен. Я бы хотел сказать, что мне удалось сохранить хороший баланс между работой и учёбой». Слово за слово, также выяснится, что именно благодаря парню Ци Шань познакомилась со столькими интересными людьми. Кому-то может показаться, что это проявление симпатии, но на самом деле парню просто её жаль (впрочем, не обошлось и без шкурного интереса), ведь считает, что она работает ради оплаты обучения. Поэтому он время от времени приглашает студентов выпить в таверне из интересующей её школы, чтобы у девушки была возможность обсудить с ними что-то по учёбе. «Надеюсь, что она сможет сдать экзамен, а я смогу её курировать!».
В другой ветке диалога с Эрфаном, парень поделится забавной историей, свидетелем которой стал, работая в таверне: «Как и в прошлый раз, студент, только достигший совершеннолетия, слишком много выпил на своём дне рождения и в результате попытался устроить дуэль со стулом… Ну, стул был определённо более сильным дуэлянтом. Пришедший с ним студент из Ли Юэ запечатлел этот уморительный момент и отправил фотографию в «Паровую птицу». Только представь: один из снимков занял второе место среди журналистских фотографий. Я слышал, что он уступает только работе лучшего репортёра «Паровой птицы». Будь я тем пьяным студентом, я бы шантаж… послал бы письмо с требованиями гонорара».
Прочитавшим - спасибо!
