Разрываясь между манящими запахами, моя прогулка по столице региона продолжается, и я позволю себе слабость ненадолго заглянуть в заведение Ламбада на чашечку кофе, чтобы прислушаться к разговорам за соседними столами и двинуться дальше. Читатель может справедливо упрекнуть меня в потакании пагубным привычкам, но поверьте, в таверне мы надолго не задержимся.
Стоит отметить, что в столице земель Дендро Архонта на самом деле два интересных заведения, но таверна Ламбада, не смотря на уверения бармена Эрфана, удачно сочетающего работу с учёбой, в этом коротеньком списке несколько уступает конкуренту, благодаря чему кафе «Пуспа» выглядит более привлекательным, но истории его посетителей я все же оставлю для другого раза. Не стану лукавить, днём таверна почти пуста и лишь с наступлением ночи немного оживляется. Впрочем, как я люблю повторять, каждому в Тейвате есть, что сказать. Моя же задача – услышать.
Днём в заведении недалеко от порта можно застать лишь двоих, один из которых пухлый ученый по имени Джафар. Он встречает Путешественника довольно жизненной фразой: «Даже если ты учёный, всё равно у тебя должна быть твоя собственная жизнь». Да, он с сожалением признаётся, что и сам в числе учёных мужей города, но в то же время искренне рад, что в отличие от коллег понимает простую истину: наука – не вся жизнь. «Если целыми днями работать не покладая рук, то какими бы выдающимися ни были результаты твоих исследований, жизнь всё равно пройдёт мимо тебя. Поэтому нужно побольше общаться с теми, кто рядом, болтать о том о сём. Только так можно сохранить гармонию тела и духа». Правда потом Джафар признается, что такая позиция создаёт ему трудности, благодаря чему по ночам его можно найти уже в библиотеке Академии, где он занимается исследованиями в тишине, а ученики не донимают вопросами. Собственно говоря, с позицией ученого связано поручение «Еда и наука», в ходе которого наглядно показано отношение этого человека к жизни.
Вторым является сам владелец таверны – широкоплечий Ламбад. Он, сразу может напомнить любопытными продавца фруктами Хусеина, хотя бы потому, что их истории в общих чертах начинаются одинаково и оба не стесняются приукрасить своё прошлое. По словам Ламбада, здоровяк тоже был моряком, но былые времена он вспоминает с более конкретными примерами: «… но великим моряком я и вправду был. Я проходил сквозь бури и грозы, что своей яростью превосходили даже сёгуна Райден. Я раскалывал самые крепкие ледники, что были твёрже сердца самой Царицы Снежной. И это не самые великие подвиги… мой главный подвиг – это что я, пережив всё это, смог невредимым вернуться в Сумеру и открыть здесь оживлённую таверну».
В другой ветке диалога хозяин упомянет своё коронное блюдо – рыбный рулетик. «Этот рецепт я придумал сам во время одного из своих приключений в молодости. Блюдо получилось на удивление вкусным, и я дал ему славное имя – Ламбада! В те годы, путешествуя по всему свету, я попробовал жаренную рыбу Мондштадта, Ли Юэ и Инадзумы. И я подумал, что свежий воздух Сумеру тоже нельзя лишать аппетитного аромата жареной рыбы!». Примечательно, что описание блюда косвенно подтверждает слова Ламбада и даже даёт некоторое пояснение, что в молодые годы здоровяк был искателем приключений. Это также намекает, кто был примером для персонажа.
Упоминает Ламбад и некое происшествие в своей таверне, благодаря которому ему пришлось заменить посуду. «Да-да, недавно случилось происшествие, и посуда пришла в негодность. Но нет худа без добра: теперешнюю посуду поручили обжигать ремесленникам из Кшахревара, а украшают её учёные из Хараватата. Во всем Сумеру не сыщешь второй таверны с такой роскошной утвaрью. Так что небольшие происшествия – это не всегда плохо». Возможно, это случай, о котором рассказывал любопытным Эрфан.
Как я говорила в прошлый раз, Пустынницу Лемту, тихо спорящую днём со своей нанимательницей, ночью можно отыскать в таверне на первом этаже, где она изливает душу старому знакомому из Бригады тридцати по имени Хакан. Вся суть её жалоб сводится к нескольким красноречивым предложениям: «Изначально я хотела уйти (имеется в виду из города), как только мы зарегистрируемся в Гильдии искателей приключений, но по пути она увлеклась покупками… Мы провели на Большом Базаре целую вечность… Она ведь чужеземка. Наверно, поэтому ей все так интересно. Она ходит за покупками до самого захода солнца. А я, как те***ранитель, не могу её оставить». Но на предложение товарища бросить обременительную работу и вступить в Бригаду Лемта отвечает категоричным отказом, мотивируя решение отсутствием приключений как у любой «не пыльной работёнки». Правда у этого разговора есть и другое предназначение – донести игрокам кое-что о Бригаде тридцати, а именно, что они подчиняются только Академии.
Поднявшись на второй этаж в ночное время любопытные встретят нескольких представителей науки, которых днём легко застать в Академии. Хальдун и Яванани в таверне Ламбада продолжают спорить даже после заката, но в стенах заведения их разговор касается другой темы, нежели днём. Пара учёных обсуждает предстоящие выборы Хранителя книг и, следуя законам жанра, парень ратует за одного кандидата – Викрама, который молод, хорош в общении и несомненно сможет сбалансировать отношения между даршанами, в то время как его собеседница поддерживает соперника - Рифаета, считая: простая вера в то, что навыки общения важнее академических знаний лишена смысла, а самое важное качество для Хранителя книг – умение различать академическую ценность, строго блюсти три добродетели и остерегаться шести грехов. Слово за слово пара невольно касается их дневного спора.
Чуть в стороне от ученых за столом выпивает выходец из Мондштадта, некогда отметившийся среди записок на доске объявлений перед «Кошкином хвостом». Грегор встретит Путешественника сравнением: «Вкус вина здесь более горький, чем в Мондштадте, но я уже привык». Тоска парня по дому бросается в глаза каждый раз, когда он рассказывает о родных краях, и в определенный момент он упомянет прощальную вечеринку перед отбытием в Сумеру, устроенную друзьями и родственниками в «Кошкином хвосте», из чего можно сделать вывод, что переживания о родителях были написаны на штендере под действием алкоголя. К слову о родителях парня, в письмах они предлагали сыну передать пару бутылок сидра караваном, но Грегор отказался, признавая, что так будет лишь сильнее скучать по дому. Днём мондштадца можно отыскать в библиотеке.
Последний ночной посетитель таверны – капитан Шамс, который заговорит с Путешественником уже в хмельном угаре и с изрядно заплетающимся языком. Пьяный моряк поначалу будет беседовать с не присутствующим в таверне другом: «Камал, послушай, в следующий раз я хочу взять на себя еще более крупное дело…». Любопытные могут расспросить здоровяка о главе филиала Гильдии в Сумеру и тот с удовольствием изольёт собеседнику душу о том, как друг оставил прибыльное совместное дело и вступил в Гильдию искателей приключений, попутно сетуя, что мелкие поручения недостойной в его глазах конторки не так увлекательны, как работа контрабандиста. Конечно, Шамс не говорит о роде своей деятельности напрямую, но заговорив с ним днём в порту, или расспросив о «еще более крупном дельце», можно прийти именно к такому выводу. Полагаю, моряк планирует заняться контрабандой капсул знаний.
Покинув таверну Ламбада и повернув у маленькой предсказательницы направо, игроки отыщут спуск в порт города Сумеру. И, если идти моим путём, то первыми на глаза любопытным попадутся два Пустынника из Бригады тридцати, следящих за порядком в порту. Первый из них, Ирадж, встретит Путешественника вопросом: «Не знаешь, где можно найти элегантный и удобный двуручный меч?» и дальше признается, что не так умел, чтобы фехтовать таким оружием, а клеймор ему нужен в качестве подарка для Дэхьи Пламенной Гривы. «Она у нас искуснее всех владеет двуручным мечом. Каждый раз такое блаженство – видеть её силуэт, когда она замахивается… Если я смогу найти самый лучший двуручный меч во всём Сумеру, я обязательно добуду его для неё! Только бы она не отвергла мой подарок…».
Стоит отметить, что за плечами Пустынника также имеется необычная семейная история и совет Путешественника обратиться в кузницу не вызовет у него энтузиазма. Дело в том, что её владелец – его приёмный отец, который постоянно намекает, что кто-то из детей должен продолжить семейное дело. «Он был так добр ко всем своим приёмным детям, поэтому нам очень тяжело каждый раз ему отказывать…». И это главная причина почему Ирадж обходит кузницу стороной.
Вторым стражем порядка является девушка по имени Дварканат и начало разговора с ней совсем немного отличается от вопроса Ираджа: «В последнее время торговых кораблей становится всё больше. Интересно, продают ли они оружие?». Слово за слово выяснится, что девушка тоже одна из приёмных детей кузнеца и просто пытается помочь Ираджу с поисками клеймора. «Что странно, ему нужен не просто удобный меч, но еще и красивый. Я спрашивала его, зачем он ему, но он так ничего внятного мне и не ответил. О! Неужели он хочет купить подарок девчонке? Но… разве девчонке сможет понравится такой подарок?». Вот такая милая и забавная семейная история.
Чуть в стороне от пары Пустынников можно застать бродящем у рыбных прилавков уже знакомого капитана Шамса. В порту в разговоре со здоровяком выяснится, что в данный конкретный момент он в отпуске: «Тёплое солнышко, вкусная еда и бесконечный запас свободного времени!». Но не подумайте, что моряк и его команда бездельники, со слов Шамса, они только закончили тяжёлую работу и теперь наслаждаются отдыхом, а после признается кое в чем интересном. «Во время действия указа Сакоку было не просто вести дела в Инадзуме… Если ты когда-нибудь пытался прорваться сквозь инадзумские грозы, наверняка поймёшь. Только благодаря старым друзьям из Южного Креста нам удалось доставить травы и другие товары на остров Ватацуми. В том плаванье я многому научился…».
У тех же рыбных прилавков можно познакомится с торговкой Пэм, промышляющей ловлей и продажей той самой рыбы (дешевле, чем в Ли Юэ, между прочим). Как и у всех продавцов под небом Тейвата, главное достояние девушки – её ассортимент, а жизненная мотивация предельно проста и вкладывается в пару предложений: «Каждый день море даёт нам свежую рыбу, креветок и водоросли. Можно не только наесться до отвала, но и подзаработать, чтобы содержать семью. По милости моря я могу вести свободную жизнь».
Имя инадзумского атташе, возможно, некоторым может показаться знакомым. Хамбэй является тем самым человеком, который отвечал за горн Микаге и о котором так нелестно отзывалась одна из жриц в военном лагере Кудзё. Его командировка в Сумеру, собственно говоря, как раз следствие тех событий, что произошли на Татарасуне, но к сожалению, сам Хамбэй никаких выводов не сделал: «Я служащий в сёгунате Инадзумы, за особые заслуги командированный в Сумеру. Говорят, меня откомандировали сюда за безупречную службу и вклад в соблюдение административных правил, но сейчас на работе всё не очень-то гладко. Я занимаю должность атташе и заведую грибной торговлей. Однако в Сумеру так много видов грибов, что я совершенно растерян. А еще у меня нет никакого опыта полевых работ… И еще письмо из сёгуната задерживается. Когда же я смогу официально начать импорт грибов?». История Хамбэя выглядит вдвойне забавно, когда в Порт-Ормосе становится известно, что торговлей грибами в Инадзуме на самом деле занимается Международная торговая ассоциация. Другими словами, чиновника замысловато наказали.
Стоящий неподалёку Сэйдзи – слуга Хамбэя, прибывший в регион мудрости вместе с чиновником. В отличие от атташе парень вовсю радуется командировке, потому что начальник по понятным причинам не даёт ему никаких поручений, что позволяет неспешно познавать нравы и обычаи Сумеру. И кое-что из его слов показалось мне интересным, хотя может оказаться, что это лишь ошибки перевода. «Поговорим о верованиях. Я всё время слышал, как сумерцы говорят о высокой и низкой Руккхадевате, и считал, что великая властительница Руккхадевата и есть Дендро Архонт. Но в итоге оказалось, что она – это Дендро Архонт прежней эпохи. Мы, инадзумцы, из поколения в поколение поклоняемся Её Превосходительству, и такие метаморфозы Архонтов мне не очень понятны…».
Рядом с прилавком, у которого стоит озадаченный Хамбэй, бродит Фарзане. Примечательно, что конкретно этот персонаж, даёт четкое объяснение, своему постоянному движению: «У тебя ко мне дело? Пожалуйста, говори быстрее, когда я долго стою на одном месте, меня начинает мутить…». В ответ на предложение Путешественника обратиться к врачу, девушка приоткроет своё прошлое. Сколотив состояние на службе в Южном Кресте, командуя своим собственным кораблём, она вернулась на родину и основала судоходную компанию, перестав ходить в дальние плаванья. Вот только из-за того, что Фарзане так много провела времени в море, ей оказалось крайне сложно адаптироваться к жизни на суше, признаваясь, что теперь ей приходится бродить туда-сюда, чтобы не мутило.
Время от времени Фарзане проходит мимо еще одного представителя Ли Юэ – Цин Лянь. Будучи мелким торговцем (коробейник – устаревшее описание выносной торговли), мысли девушки мерно текут в том же направлении с претензией на амбиции: «Сумерцы используют порошок, оставшийся после шлифовки самоцветов, для изготовления косметических средств. Говорят, эти средства очень полезны для кожи… Но из-за того, что используемые самоцветы очень дорогие и большая их часть импортируется из Ли Юэ, в Сумеру их могут позволить себе только богачи. И я тут подумала, в Ли Юэ полно драгоценных материалов, и, если бы можно было перенять эту технологию, получилось бы создать новый рынок, верно?».
Рыбака Закайа можно отыскать в стороне от суматохи в порту, на одном из причалов. Он встретит Путешественника необычной для Сумеру жалобой: «Почему все сумерцы так любят торговаться? Я тоже из Сумеру, но таким пороком не страдаю…». Его основные клиенты –рестораны столицы, а также парень порой предоставляет некоторые материалы для исследований ученым Амурты. Другими словами, из года в год, Закай сотрудничает с одними и теми же людьми, но его возмущает, что каждый раз они начинают с ним торговаться. «И я в такие моменты думаю, почему при большом количестве обязательно надо сбавлять цену? Разве качество у каждой рыбёшки не одно и то же? Если я буду раздавать скидки направо и налево, то покупатели забеспокоятся, что с товаром что-то не так, верно?».
Пройдясь вдоль причала днём, любопытным на глаза попадётся пьяная Чжо Ин, матрос из Ли Юэ. Но какова её причина напиваться раскрыто не будет, по крайней мере пока. В начале разговора она процитирует строчку из одной грустной старинной истории: «Когда вино бежит рекой, чего же в том плохого?», после чего ударится в самокритику: «… Да какой же это стих? Как и я… Какой я теперь моряк? Всего лишь жалкая, распустившаяся пьяница…».
Тем не менее, ночью Чжо Ин находится в другом месте (на носу корабля, пришвартованного у маяка) и ведёт уже иной разговор, напомнив любопытным о старых временах, когда морские монстры сильно досаждали морякам, и о не менее старых обычаях украшать костями побеждённых твaрей корпус корабля или делать оружие, чем напомнила лично мне об одном безбашенном моряке, которому принадлежал меч из драконьей кости, тем более, что история безымянного Капитана часть исторического достояния Ли Юэ, и кто знает, может процитированная днём строчка часть чего-то большего.
Патрулирующего доки Пустынника из Бригады тридцати зовут Ша Ян. Он, как и многие хранители порядка, даст Путешественнику жизненный совет: «Если повстречаешь контрабандиста, будь осторожнее, не попадись на его удочку, и сразу же доложи о нём». После парень дополнит свои слова: «Это малый сумерский порт, но благодаря тому, что здесь рядом Академия, а также на страже стоим мы, Бригада тридцати, проблема контрабандистов здесь решается гораздо лучше, чем в Порт-Ормосе. Но всё равно находятся безумцы, решающиеся мутить здесь воду».
Носильщика по имени Сэл можно встретить у корабля, где по ночам смотрит на звёзды Чжо Ин. Здоровяк весьма простой человек и с такой же простой мечтой – тяжёлым трудом накопить деньжат и открыть свою лавку, можно даже небольшую, лишь бы на жизнь хватало. Тем не менее, Сэл прекрасно осознаёт свои недостатки: «Я привык к физическому труду и не отличаюсь деловой хваткой. Я не надеюсь добиться такого же успеха, как мой брат Джут. Я лишь хочу вести спокойную и размеренную жизнь». Но любопытным интересными покажутся следующие слова здоровяка: «В последнее время в Сумеру прибывает много грузовых кораблей. Особенно много торговцев из Снежной. Они очень щедро платят рабочим за разгрузку товаров».
Днём корабельного инженера Рафика легко отыскать на борту всё того же судна. Как и положено человеку его профессии, в порту он отвечает за ремонт и обслуживание кораблей, но в свободное время он занимается исследованиями в области судостроения, например, увеличение вместимости трюма, без ущерба конструкции корпуса корабля. В то же время, парень признаётся, что вовсе не ученый и ему не хватает теоретических знаний и простора для творчества, а главное – нет друзей из Кшахревара, потому что Акаша не предоставляет ему больше информации, считая, что имеющихся навыков для его работы достаточно.
Но, если ночью вернуться на пирс, можно застать разговор Рафика и Ци Шань, которая подрабатывает в таверне Ламбада днём. Их встречу сложно назвать свиданием, потому что пара обсуждает лишь корабли и обозначенную Рафиком проблему с дельными советами Ци Шань. Их сотрудничеству посвящено много этапное поручение «Преобразование проблемы...», в ходе которого можно по достоинству оценить фанатичное увлечение кораблями каждого из них.
Последние, с кем можно поговорить в порту – навбед Шахбандар, отчитывающий свою подопечную, налогового инспектора Халву, которой явно не хватает уверенности в себе, за уменьшение налогов для торговцев. Разговор можно оценивать с позиции каждого действующего лица, проявляя то ли сопереживание девушке, то ли твёрдость характера, но главное, что пытает донести навбед как подопечной, так и читателю, что Халва занимается не теми делами, которые должна, а именно просто собирать налоги. Эта ситуация хороший пример того, что несогласованная инициатива наказуема.
С обновлением 3.8 в порту славного города Сумеру стало на одного персонажа больше. Выходец из Фонтейна по имени Август Лавлейс встретит Путешественника задумчивым бормотанием: «У сумерских кораблей очень интересная конструкция корпуса. Есть чему поучится…». Его слова отсылка к тому, что в регионе справедливости тоже имеется свой флот, а также на то, что парень на родине занимался проектированием судов. Предположительно занимался, потому что в своих репликах он избегает прямого упоминания: «Проект, которым я ранее занимался, скорее всего, будет реорганизован Раймондом… т.е., по сути, отменён. Но я так много времени потратил на исследование, что не могу его так бросить. Ненароком начинаю искать различия в конструкции этих судов с аквабусами… У нас в Фонтейне есть транспортная система, называемая «аквабосами». И там используются специальные модели. Это быстрый и удобный транспорт, а во время поездки вас будут знакомить с местными видами мелюзины…».
Также Август расскажет любопытным, что из Фонтайна в Сумеру можно добраться разными путями, озвучивая много интересных названий, косвенно знакомых и не очень: «… Можно было напрямую из Фонтейна в Сумеру приехать… есть же прямая линия до гавани Бада. Но чтобы поездка была поинтереснее, я поехал из порта Люмидус через долину Чэньюй. А потом на пароме до Порт-Ормоса… На обратном пути, скорее всего, я попробую пересечь пустыню и вернуться через порт Ромарин…».
Прочитавшим - спасибо!
