Личные проблемы и, что таить, подарки праздника вина заставили меня немного отклониться от заранее намеченного плана, но не подумайте, что я забыла о нашей прогулке по улицам столицы региона мудрости. Предлагаю её продолжить, вот прямо сейчас. Давайте встретимся у таверны Ламбада, откуда и начнётся наш путь по яркой торговой улице Сумеру, присмотримся к товарам и заглянем в кафе «Пуспа» на чашечку кофе… А я говорила, как люблю кофе?
Камал и Катрина первые, кто встретятся на пути Путешественника на подъёме от таверны Ламбада к Улице Сокровищ. Их объединяет то, что оба работают в Гильдии искателей приключений. То, что Камал не всегда был главой филиала Гильдии поведает его подвыпивший старый приятель в ночное время за столом таверны. Сам же здоровяк ограничится более простой формулировкой: он бывший моряк и, как повидавший мир человек, может дать любопытным несколько советов, рассказав Путешественнику о самых ярких местах Сумеру, а также их особенностях. Например: «Сумеру стоит на Священном дереве. Верхние уровни занимает Академия, а нижние – простые жители. Если хочешь роста в учёбе или карьере, поднимайся наверх, а если ценишь комфорт и покой, выбирай окрестности Большого базара». Упомянет Камал и опасности лесов, а также ключевые точки цветущего Сумеру: Гандхарву, деревню Вимара, Порт-Ормос, Караван-рибат и особенно подчеркнёт насколько притягательна и опасна пустыня. В случае Камала примечательно еще и то, что уже в обновлении 3.0 он расписывал игрокам точки интереса, которые появились лишь в 3.1 – деревня Аару и заброшенная больница Академии. Но лично меня зацепили те его слова, которыми здоровяк встречает Путешественника: «Надеюсь, Академия не будет вмешиваться в действия искателей приключений…». Кто знает, возможно сказанное относится к загадке в виде скрытого мирового задания, оставленного рядом, а возможно – к чему-то другому.
Катрину, как и во всех регионах, можно найти за стойкой Гильдии чуть в стороне от Камала. И так же, как в других регионах (за исключение Мондштадта, как начальной точки) она на бюрократический манер отшутится от замечаний Путешественника о её пребывании в конкретном городе, но конкретно в Сумеру после завершения задания Архонтов в обновлении 3.1 ей была добавлена ветка диалога, комментирующая сюжетный поворот арки: «Моё здоровье? А что с ним не так? Извини, я не могу вспомнить, что произошло. Но раз уж я стою здесь в добром здравии, то, полагаю, это не так важно», из чего Путешественник сделает неуверенный вывод, что у куклы нет воспоминаний, потому что её заменили на новую.
Чуть выше филиала Гильдии в дневное время любопытным повстречается Мавио – яркий пример неудачника со своей философией и логикой, не нашедшего себе подходящего занятия, о чём громко говорит короткая характеристика под его именем «Вольнонаёмный». К сожалению, его взгляды сложно коротко пересказать, а поболтать он любит: «Я, так сказать, самозанятый специалист… Отец уже всю плешь проел с трудоустройством, но мне всё равно. Таким консерватором, как он и мой старший брат, не понять всех плюсов работы фрилансера. Чем заниматься, когда приступать, сколько зарабатывать… я сам решаю. Красота!». Но самое интересное в его дневной истории начинается после вопроса Путешественника о стабильности заработка. «Если ты самозанятый специалист, то стабильность отступает на второй план. Вот подумай, чтобы заработать деньжат, нужно просто сопроводить искателя приключений или отправиться с караваном, и можно не работать целую вечность. Лёгкие деньги – это реальность. Имея небольшой капитал и немного удачи, на бирже Калими можно заработать столько, сколько хватит на три месяца сытой жизни. Но ведь это более почётно, чем быть ученым Академии, верно? Почему отец так расстроен? К тому же карты призыва, продаваемые в Инадзуму, пользуются популярностью, дело беспроигрышное. А если на какое-то время останусь без работы, отец и Сэл не дадут мне умереть голодной смертью. Можешь не сомневаться».
Как можно понять из слов Мавио, его монолог – еще одна не особо запутанная семейная история, которых в Сумеру любопытным было (и будет) показано немало. Но в тоже время, она несколько выделяется на фоне остальных, ведь «самозанятый предприниматель» отметился на доске рядом с печально известной биржей Калими, а также нерадивого сына сдержанно ругает отец немалого семейства, Хамави, за стойкой своего прилавка.
Но у Мавио есть и ночные реплики, правда для этого придётся посетить кафе, потому что он слоняется именно там и, стоит отметить, после заката рассуждения этого молодого человека выглядят более логичными, но все такими же наивными. «Ночное время – бесценно. Нельзя тратить его зря! Вот эта кофейня, к примеру. Очень популярное место, где я получаю множество информации. Поручения для искателей приключений, подсказки к картам сокровищ, новые возможности для торговли игрушками… В карьере вольнонаёмного специалиста информация очень ценна». После парень признается, что в заведении Ламбада он наверняка смог бы услышать больше сплетен, но на дух не переносит алкоголь.
Пустынника из Бригады тридцати по имени Фарид можно встретить патрулирующим Улицу Сокровищ. Он встречает Путешественника не совсем характерными для детей пустыни словами, но более чем в духе игры: «Порой места большого скопления людей могут быть безопаснее, чем кажутся». Но слово за слово, он расскажет любопытным об интересном инциденте: «Вот несколько дней назад двое ученых подрались, да еще и меня в это втянули. Видимо, даже в Сумеру при встрече с, казалось бы, благородными учёными, ты все же рискуешь. Всегда нужно быть начеку».
В ночное время в ювелирной лавке на развилке улицы можно застать уже знакомого налогового инспектора по имени Халва, которую днём отчитывает в порту начальник. Освободившись от надзора, девушка станет более разговорчивой. Конечно, будучи лишь стажёром по сбору налогов, она не может позволить себе такую роскошь, как купить жемчуг в ювелирной лавке, но просто любоваться такой красотой поднимает ей настроение и помогает сохранять душевное равновесие. «Начальник распекает меня каждый день, так можно и совсем потерять веру в себя. Потому в нерабочее время я хочу полюбоваться на что-то, что мне нравится, и немного расслабиться».
Как я уже говорила, семейным историям, переплетающимся друг с другом в Сумеру (как в регионе, так и в столице) уделено много внимания. Хозяин лавки с его сыном не станут исключение, к тому же они круглосуточно находятся рядом. Халид, по его собственным словам, является антикваром, а также занимается продажей жемчуга. «Древние артефакты заслуживают бережного хранения, да и цена их доступна не каждому. Потому продажи меня особо не волнуют. Что меня интересует куда сильнее, так это поиск таких поставщиков, как Сангема-бай, которая нашла для меня самые ценные предметы моей коллекции. Так что торговля для меня – не более чем побочно занятие. А основное… должно быть, вырастить из своего сына такого же коллекционера, как я сам».
Мальчуган Ферет буквально продолжает слова родителя: «Когда-нибудь я унаследую семейное дело и превзойду своего отца!». Вот только дальше создаётся впечатление, что скромность обошла кроху стороной: «Зови меня Мастером-оценщиком драгоценностей, Величайшим антикваром и Будущим великим бизнесменом Феретом». Примечательно, что в столице Сумеру некоторым детям, если можно так выразится, выделена особая роль и дальнейшие слова Ферета лишь сильнее акцентируют это: «… моя главная цель – обойти отца. В бизнесе же у меня есть два сильных конкурента. Одна из них – это хитрая Зулейка. Она такая бойкая на язык, что умудряется дорого продавать даже самые дешёвые половики. Я с таким не смирюсь! Второй – это госпожа Сангема-бай, о которой всё время говорит отец. Хотя я сам с ней не знаком, но судя по тому, что говорит отец, она очень крутая! Но ничего, только сильному противнику и стоит бросать вызов». Полагаю, мне не нужно напоминать, что и у Дори детская модель?
Напротив ювелирной лавки расположена кузница и у бьющего по наковальне Ахангара, как и его коллег по ремеслу, есть своя коротенькая история и она сводится к лорному обоснованию наличию другого вида заготовок для крафтового оружия: «Сумеру – место, где почитают Дендро. Учёные здесь не имеют привычки ходить вооружёнными, а те, кто поклоняются Руккхадевате, похоже, недолюбливают металлическое оружие. Деревянные кинжалы и мечи я тоже изготовляю. Но чаще всего я получаю заказы на оружие из узорчатой стали для наёмников». К сожалению, о своей многодетной семье он не проронит ни слова, будто они его разочаровали, но зато ней немного расскажет кое-кто другой.
Под крышей кузницы кроме мастера можно также застать ученого Мансура, который встретить Путешественника такими словами: «Кто бы могу подумать, что ковать железо намного интереснее, чем писать научные работы…». Он студент из Амурты и по неизвестным причинам был вынужден взять в качестве темы для диссертации загрязнение воздуха, явившись в кузницу для проведения научных исследований. А вот продолжение лично для меня оказалось более чем неожиданным, затрагивая даже экологические проблемы: «Но вдруг я обнаружил в себе интерес к кузнечному делу, и в итоге случайно сделался подмастерьем господина Ахангара… Хотя он взял на воспитание много детей, но они не пошли к нему в ученики, а вступили в ряды Пустынников. А я, целыми днями думающий только о научных работах исследователь, вдруг оказался единственным продолжателем его дела. Что и говорить, работа кузнеца в разы интереснее, чем написание научных работ. Я не только стал сильнее, у меня даже волосы перестали выпадать! В общем, сейчас я с одной стороны, скрываю от Академии серьёзное загрязнение атмосферы, а с другой – растягиваю время стажировки у господина Ахангара…».
Рядом с кузницей легко отыскать еще одного торговца, Хамави, который является отцом уже упомянутого Мавио, и как я уже говорила, он за своим прилавком ворчит на нерадивого сына: «Когда же мой второй сын наконец сможет найти нормальную работу…». Сразу отмечу, что Хамави – редкий торговец, чья история претендует на оригинальность, а дальнейшим признанием старик даст окончательное представление о своей семье: «Видите ли, он уже давно не ребёнок. Даже Джут, который младше его, уже создал семью и основал своё дело, а он все болтается все дни напролёт, ничего серьёзного. Брал бы пример со старшего брата, подал бы заявку на терминал Акаши и нашёл бы хоть какую-нибудь постоянную работу. Он целыми днями только и делает, что думает о всяких рискованных и ненадёжных вещах. Только у него появятся деньги – сразу же бежит на биржу. Сплошная головная боль…».
Подведу итог: у старика Хамави трое детей, старший Сэл работает грузчиком в порту, но стремится к большему, второй Мавио стал его главным разочарованием, а младший Джут успешно торгует специями на Большом базаре. Как говорится, теперь вы в курсе.
Еще одного Пустынника из Бригады тридцати многие могут узнать, посетив таверну Ламбада ночью, где он слушает душевные излияния приятельницы Лемты. Днём же Хакан стоит на посту у одного из входов на Большой базар. Хотя будет точнее сказать, что он засыпает на посту, и дело не столько в ночных посещениях таверны, сколько в скуке. По крайней мере он в этом пытается убедить Путешественника, но дальнейшие слова заставляют засомневаться: «У вас не создавалось впечатление, что в таких оживлённых местах, как театр или рынок спится лучше всего? Во всяком случае в окрестностях Театра Зубаира нет никого из Академии, а значит, никто не будет наблюдать за тем, как я работаю. Если бы Азра не заставила меня догонять убегающего Свурфа, а толпа учеников не окружила бы Нилу, чтобы сфотографироваться, я бы точно уже вовсю дремал».
Студент из Спантамада по имени Кимия знаком игрокам благодаря повторяющемуся сну из задания Архонтов. Его реплики не зависят от прогресса и по сути он не поведает любопытным чего-то принципиально нового, но кое-чем интересным, а точнее забавным, всё же поделится. «В последнее время я занимаюсь исследованиями так называемого «алхимического гадания». Оно заключается в том, чтобы, основываясь на интуиции, в случайном порядке выбирать предметы для проведения алхимических опытов, а в случае неудачи (конечно, в большинстве случаев так и бывает) использовать пепел для гадания. Принцип этого гадания тот же, что и при использовании кофейной гущи или чайных листьев. Насколько я знаю, всё это пользуется большой популярностью у однокурсниц, так что и алхимическое гадание просто должно стать популярным!».
В русской локализации на вопрос Путешественника, является ли это гадание увлечением или нужно для учёбы, парень даст противоречивый ответ: ни то, ни другое. Но в английской он неуверенно предполагает, что оба варианта. Скорее всего Кимия не пишет на данную тему никаких работ и исследование алхимического гадания – просто его инициатива, если судить по недовольной реакции его наставника. В любом случае своё занятие он бросать не собирается.
У некоторых счастливчиков, завершивших дела Виктора в Мондштадте (речь идёт о поручениях «Говорю, как есть» и «Назад в зиму»), есть шанс встреть его и в столице Сумеру, как только на карте региона появится его поручение «Ещё один равноценный обмен». Другими словами, сперва появится поручение, и лишь благодаря ему Виктор останется. Потому что в сюжетной части поручения как раз рассказывается о переводе дипломата под крыло Пульчинеллы и других маленьких деталях, а уже повседневный разговор с ним продолжает линию поручения.
Виктора можно найти у ювелирной лавки напротив входа в кафе «Пуспа». Одна из веток диалога с ним затрагивает его пребывание в Мондштадте и буквально с первых же слов становится понятно, что был рад покинуть регион свободных ветров. «Нет, назад не хочу! Здесь, конечно непривычно, но куда лучше, чем в соборе, где меня постоянно сверлила взглядом одна из сестёр! Однако мне интересно, как же там поживает Лили…». Но на предложение Путешественника доставить крохе письмо от дипломата он ответит отказом, но с определенной заботой, стоит признать: «А ты можешь? Но… нет, не стоит. Я всего лишь Фатуи, я не смею посылать письма этому дитя. Кто знает, к каким неприятностям это может привести…».
Отдельного упоминания стоит и ветка о Сумеру. Она очень короткая и, скорее всего, раскроется в полной мере через поручения (неужели вы думали, что Виктор ограничится лишь одним заданием?): «Моя жизнь в Сумеру? Непривычно, но я научусь. Меня сюда направили на службу, так что жаловаться толку нет. Ах, не понимаю, откуда у Всеволода столько энтузиазма по поводу этой работы». Возможно это должно показать, что у Пульчинеллы свой интерес в Сумеру, не касающегося целей Дотторе.
Продвигаясь дальше к бирже Калими, любопытным встретится презабавнейшая личность. Старик Айядва пусть и не является ученым Академии (и даже не учился там) всерьёз намерен создать общество изучения лёгких романов. «В Академии много обществ, но ни одного для лёгких романов. Что же в этом странного? Хотя они не очень популярны в Сумеру, поскольку это страна мудрости, в сфере познания ничто не должно остаться без внимания». Его угнетает, что в учебном заведении нет института, который мог бы присудить степень за лёгкий роман, делая такой вывод: «Поэтому крайне важно опубликовать в издательском доме Яэ мою книгу «Может ли ученик боевого мага, который обычной атакой может вызвать джинна и начинает бой без правил, действительно окончить Академию магии?»...». Но после признается, что издательский дом неоднократно отклонял его рукопись, сетуя на строгий отбор рукописей. Проясню ситуацию: за красивыми и высокопарными словами старика всего лишь кроется желание быть признанным.
Еще один интересный на мой взгляд персонаж пусть и находится недалеко от биржи, но все же запрятан. Впрочем, не знаю, стоит ли рассматривать профессию Хассана как намёк или задел на будущее, но услуги парикмахeра определенно освежили бы игру.
Вечно недовольного Хассана упоминал даже торговец фруктами и овощами Хусеин, любящий приукрашивать свои истории о приключениях. Это тоже показалось мне в некоторой степени забавным, потому что эти двое находятся очень близко друг к другу, буквально в паре шагов.
И все же недовольство персонажа напрямую связано с проблемой рассказчика Маддаха, рассказывающего до прибытия Путешественника одни и те же истории, но, как выяснится, у ворчания Хассана более глубокие корни: «Если он не придумает что-то новенькое, то будет жить впроголодь… Ну тот самый, который целыми днями бормочет в кафе одну и ту же историю. Когда-то он совместно со мной обучался парикмахeрскому искусству, но бросил на полпути, сказав, что стал «специально приглашённым рассказчиком в кафе и теперь будет рассказывать посетителям истории о великих героях. Как я погляжу, он до сих пор ничего выдающегося не сделал, обычный прихлeбaтель при кафе… Истории и причёски в этом одинаковы – только что-то новое привлекает клиентов».
Махамата биржи Бармак немногословен по меркам Тейвата. Он встретит Путешественника словами: «Биржа Калими рада приветствовать всех коммерсантов, чтущих закон… Я отвечаю за отсутствие незаконных торговых операций и мошеннических действий. Я получил учёную степень по экономике, и потому от моих глаз не скроется никакая махинация». Вот, собственно говоря и всё. Но, возможно всё не так однозначно, как кажется. Я хочу сказать, что в других регионах персонажи, которые казались мне пустышками из-за непродолжительных реплик на самом деле были частью будущих заданий и удостоились своих пятнадцати секунд славы. Как говорится, возможно всё, тем более, что на доске у биржи Калими часто упоминаются её законы.
Собственно говоря, не только Мавио рискует на бирже, еще одного «храбреца» в дневное время можно застать стоящим недалеко от финансового учреждения. У самопровозглашённого миллионера Хатима тоже своя философия, но другие методы и особые ритуалы, которым посвятили поручение «Поглощение золота и накопление моры». Всю его суть легко понять из повседневного разговора с самоуверенным человеком: «Чем верить этим биржевым экспертам и их предсказаниям по поводу товара, я лучше как-нибудь по-другому приворожу удачу!». Этот персонаж немного поведает любопытным о самой бирже, не раскрывая по сути о ней ровным счетом ничего: «Биржа Калими – место в котором раскрывается внутренняя сущность и храбрость людей. Если ты располагаешь достаточным количеством ресурсов и моры, а также отличным чутьём, то это место может тебя обогатить». Но очень быстро Хатим начнёт обсуждать себя и свой род: «Достаточно моры! Это же очевидно, если речь идёт о таком старом аристократическом роде, как мой! Хомаяни даже рядом не стоят с моей семьёй. Эх, выпал бы подходящий шанс… Можно было бы приумножить богатство моей семьи. Тогда мои дети почивали бы на лаврах, им не было никакой нужды вести торговлю!». Напомню любопытным, именно семья Хомаяни наняла ушастую красавицу Дэхью для охраны Дуньярзады, надеюсь это покажет масштаб соперничества.
Но и у Хатима есть ночные реплики, которые также можно услышать под крышей кафе «Пуспа». В спокойной обстановке делец больше расскажет о себе и своём роде, только что из его слов правда, а что - чистой воды бахвальство, я предлагаю читателю решить самостоятельно: «Я потомок древнего аристократического рода пустыни, и моё имя – синоним слову «богатство». Как жаль, что кроме учёных Вахуманы никто не понимает важности этого статуса. Вопрос не только в деньгах, но и накопленной мудрости и отваге. Наследие Руккхадеваты или реликвии царя Дершета – в моих закромах можно найти всё что угодно. Наследие, оставленное моими предками, продолжит процветать в моих руках». К предостережению Путешественника Хатим отнесётся легкомысленно, оправдывая себя тем, что с таким-то состоянием промотать всю мору не так-то и просто, подарив цветок из набора «Позолоченных снов». «Бери, у меня дома таких много,» - отмахнётся он. Подозреваю, что одна из записок на доске у кафе написана именно рукой Хатима, и она интересна тем, что в её содержании всплывает имя рода, а точнее клана – Алькинди.
Рассказчика Маддаха, которым так недоволен парикмахeр Хассан, можно встретить в кафе в любое время суток. Он сильно переживает о том, как сделать, чтобы всем понравилась его история. Дело в том, что он действительно пересказывал один и тот же сюжет: «Очевидно, что в самом начале всем нравилась моя история о героях, так почему же постепенно все перестали меня слушать? Неужели такие истории о мастере кисти и меча больше не популярны?». Впрочем, среди посетителей нашлись те, кто указал рассказчику на его недостатки, но он сделал другие выводы: «… несколько чужеземных гостей сказали, что этим историям не хватает свежести, как историям из Ли Юэ о богах, упавшим с небес или о рыцарях-горничных, сражающихся с механическими созданиями… Однако это совершенно выходит за рамки разумного и полностью лишено связи с реальностью, поэтому мне очень сложно одобрить подобное». Полагаю, мне ненужно говорить к каким заданиям отсылают слова Маддаха.
В той же части кафе можно встретить еще одну интересную личность – матру в отставке по имени Наяб, рядом с которым стоит ящик для игры в Священный призыв семерых. И хотя в русской локализации указано, что парень именно что в отставке, в английской значение другое – отдыхающий матра. А возможно – в отпуске, что подтверждают некоторые его слова: «… Не беспокойтесь, сейчас я не на службе. Благодаря строгому надзору генерала махаматры, в Академии резко сократилось распространение запрещённых знаний, и снизилась коррупция. Хвала Сайно, теперь и у простых подчинённых стало больше отпусков… Подслушивать разговоры студентов в обязанности март не входят. Так что сейчас я простой житель Сумеру, наслаждающийся кофе и оттачивающий навык игры в карты».
Другая ветка диалога с Наябом посвящена карточной игре: «Это же Священный призыв семерых, от которого сходит с ума не только Сумеру, но и весь Тейват! Разнообразные колоды, непредсказуемые комбинации… Захватывает не на шутку. Так что весь отдых пролетает либо за игрой в карты, либо в мыслях о том, как в них играть».
В дневное время за одним столом с матрой сидит ученая из Вахуманы по имени Ирис. Все члeны её семьи работали или учились в Академии, поэтому она считает, что исследования стали неотъемлемой частью их жизни. В настоящий момент Ирис изучает исторические факты, связанные с пустыней и царём Дешретом. Её сестра тоже проводит исследования на тему Алого короля, но курирование молодых студентов не позволяет им нормально общаться днём, а потому Ирис и Хаву можно застать болтающими у фонтана в Академии только после заката. Вот такое маленько пояснение.
К слову, исследование прошлого пустыни сыграло и другую шутку в жизни ученой: «Ты же знаешь о карточной игре «Священный призыв семерых», придуманной в Сумеру, а затем быстро распространившейся в Инадзуме и по всему Тейвату? Раньше до меня доходили слухи об этой игре, но сама я никогда не играла. Однажды я зашла сюда выпить кофе, и Наяб пригласил меня сыграть. Сначала мне было страшно, мне казалось, что я сама того не ведая, сболтнула какие-то запретные знания о царе Дешрете, и затем меня разыскала матра. Но в результате все было так неплохо. Мне задавали только странные вопросы по поводу колоды».
Временная хозяйка кафе, Энтека, в моих глазах пока претендует на звание самой загадочной личности в столице региона. Благодаря объявлению на доске у биржи известно, что прежний владелец кафе внезапно исчез во время экспедиции в пустыню и кафе должно было перейти во владение даршаном Вахумана, но в связи с отзывом иска исполнение приостанавливается на неопределённый срок. История сложная, и на данный момент мне нечем её комментировать. С другой стороны, возможно, обходительная Энтека сама дала небольшой, хотя и непонятный намёк, рассказывая о кошке: «Это, Гата. Ей еще нет и года. Весьма любопытный котёнок! Всегда приходит посмотреть на молку кофе для наших гостей. Можешь погладить, если хочешь. У неё нежная и приятна на ощупь шёрстка, и она обязательно замурлычет!». Примечательно, что упомянутую кошку никак нельзя спугнуть обычными атаками, как других хвостатых.
В дальней от рассказчика части кафе в ночное время за конкретным столом можно застать ещё одну пару, студента Сонада и учёную Зохре, которые к тому же приходятся друг другу братом и сестрой, будто продолжая акцент на семейные отношения в Сумеру. В их разговоре нельзя поучаствовать, и он сводится к тому, что брат просит у сестры её старые научные работы как справочный и дополнительный материал. Зохре и не против поделится, но дает парню совет в духе Академии – обсудить свои идеи с лучшими учениками, на что Сонад отвечает такими словами: «Мой сосед по комнате – отличник… Слишком хорош. Никто не может понять то, что он пишет в своих заданиях, кроме наших наставников. Эх… Кстати, он, наверно уже полночи работает. Надо принести ему еды и обратном пути». Возможно речь идёт об Эрфан, подрабатывающем в таверне Ламбада в ночную смену, но не исключено, что на самом деле тем самым отличником может оказаться кто-то другой.
Днём Сонада можно отыскать в библиотеке Академии, а Зохре – на Большом базаре.
Последний гость кафе – вышедший на покой ветеран Бригады тридцати, Изем. Он встречает Путешественника словами: «Сегодняшний кофе… на вкус такой же, как и вчера». По его словам, все любят тишину и покой, но Изем так к ним и не привык, хотя и признаёт – ему грех жаловаться. «Дни проходят в праздном безделье за чашкой кофе и тянутся дольше, чем во времена службы в Бригаде тридцати. Энтека каждый день варит один и тот же кофе и твердит, что мне давно пора наравне с местными ощущать вкус спокойствия. Вероятно, этот день когда-нибудь настанет». Напористые напомнят постаревшему здоровяку, что отставке нет ничего плохого и он даже согласится: «Возможно, пришло время попрощаться со старой, наполненной сражениями жизнью», подарив Путешественнику свой старый двуручный меч.
Прочитавшим - спасибо!
