Предлагаю продолжить нашу прогулку по правому берегу Порт-Ормоса. Обойдя стороной рынок под тенью одного из деревьев, любопытные своими глазами смогут увидеть неоднократно упоминаемый мною контраст. Тем не менее, красивого в этой части порта куда больше, чем того, что хотелось бы не замечать. К слову, контрастными оказались и откровения местных жителей…
Припоминаете двух мальчуганов, которые хвастались отцами? Если от них направится не направо к рынку, а налево, то можно выйти на заставленную товаром пристань. На одном из причалов любопытным встретится рыбачка по имени Кира. Она напомнит о часто обсуждаемой проблеме нападения морского зверья на Порт-Ормос, но добавит еще кое-что интересное: «Я рыбак из этого района и, помимо рыбалки, отвечаю за связь с учёными, которых присылает Академия. Академия забирает часть улова за помощь нам в вычислении закономерностей морской жизни и планировании моратория на рыбную ловлю. Небольшая часть улова за увеличение количества рыбы и безопасность выхода в море – выгодная сделка для всех». Поделится Кира ещё кое-чем, а именно интересным рассказом, который отсылает к содержанию записки на доске общественной переписки, в которой отметились Аль-хайтам и Кавех: «Я помню, однажды на море был полный штиль, но проходящий мимо секретарь заметил, что такое затишье бывает перед бурей, и это уберегло нас от выхода в море. С тех пор все ещё больше уверовали в руководство Академии, и надеются на долгое сотрудничество».
Прогулявшись по пристани до развилки можно встретить созерцающую море Камлу. Она встретит Путешественника словами: «Здравствуй, друг! Ну разве море не прекрасно? Не надо спешить. Просто остановись и наслаждайся красотой жизни». Эта девушка – жена моряка, который ушёл в море и в его отсутствие она регулярно приходит на пристань посмотреть на волны. Но не все так радужно в её семье, как может показаться на первый взгляд, особенно когда разговор зайдёт о супруге: «Ох, этот гадёныш… Я даже не знаю, где он и в каких морях. Судя по тем вещам, что он присылает домой, он должен быть в целости и сохранности. Он уже посетил много разных мест и прислал мне часы из Фонтейна, фарфоровые чаши из Ли Юэ, засохшие цветы из Мондштадта… Я и не знала, что он может быть таким романтиком». С её слов становится понятно, что муж не часто бывает дома. Впрочем, предлагаю читателям самим сделать выводы.
У развилки стоит тележка с закусками, где заведуют отец и дочь. История Джахангира, как продавца рецептами и съестным, не отличается глубиной и продолжительностью: «Я хозяин продуктовой лавки, и, как следует из названия, помогаю наполнить пустые желудки. Особенно это касается снующих туда-сюда торговцев и моряков, которые едят, когда придется, и могут отведать у меня чего-нибудь горячего. Благодаря им я попробовал блюда со всего мира!». Но у предприимчивого отца есть и заботливая сторона, правда раскрывается она с помощью элементального навыка Нахиды: «Как заставить Ами нормально питаться? Она ведь иначе не вырастет!». Речь идет о вкусовых предпочтениях стоящей рядом крохи.
Ами не разделяет энтузиазм своего родителя и не испытывает того же трепета перед кулинарией: «И почему все любят готовить на свежем воздухе…» - и, в зависимости от ветки диалога, будут меняться выводы девочки, - «Кто готовит только на улице? Те, у кого нет дома? Тогда действительно ничего не поделаешь, бедолаги. Но у папы есть дом, зачем ему котёл на улице? Для тех, у кого нет дома? Кажется, я понимаю… Тогда зачем папа сам готовит в котле под открытым небом? Ничего не понимаю!.. Увлекательно говоришь? И что в этом такого интересного? А если в котёл свалится жук, будет совсем не до веселья… Жалко жуков, сварившихся в котле, как и людей, которые их съедят… Это того не стоит. Просто стоять и пялиться на котёл? Хотя… тоже верно. Вдруг еще мошки залетят или еда подгорит. Ах, ну и хлопотно же готовить. И чего никто просто свежие фрукты не ест? Сладко и вкусно, что еще нужно! И готовить не нужно и ничего не сгорит…».
Работница пирса Бита своим ворчанием напомнила мне торговца в плохой день: «Ты тоже тут просто посмотреть? Я простой портовый рабочий, ничего важного. Важны только мои товары. Знаешь, что это за место? Порт-Ормос! Это заморские товары, понимаешь? Ну что, взглянешь?». Кульминация диалога, как самое интересное начнётся с отговорки Путешественника, что он просто хотел спросить: «Ха! Еще один?! Да такого, как ты, наш хозяин не примет, хоть ты даром будешь работать!». Часть поведения девушки прямо говорит, что никакой она не работник порта, а место в тёмном закоулке, где её можно отыскать, намекает на контрабанду и сотрудничество с Дори, ведь её представители есть в каждом крупном городе Сумеру. Но меня особенно позабавили невысказанные мысли Биты: «Тех, кто только спрашивает, но ничего не покупает, надо предавать суду!»
Напротив раздраженной торговки на пирсе стоит корабельный мастер Ананд. Он встретит Путешественника словами: «Нужно тщательно обслуживать каждое судно, заходящее впорт». Этот парень один из тех персонажей региона мудрости, которые помогут игрокам и отметят ближайшее расположение магической руды. А вот в диалоге Ананд пожалуется на обратную сторону своей профессии: «Единственное, что меня беспокоит – нехватка рук. Из-за конкуренции с караванами доходы наших ремесленников стали нестабильными, многие люди сменили работу. Но я не могу уйти, потому что моя возлюбленная работает на корабле, и я понимаю, насколько важна безопасность судна. Я слышал, в Ли Юэ есть организация под названием Палата связей, которая отвечает за распределение перевозок и логистику. Это могло бы решить проблему нездоровой конкуренции…».
К слову о Ли Юэ, чуть в стороне от корабельного мастера как раз стоит девушка из региона контрактов. Цю Вэй – торговый представитель гильдии «Фэйюнь» и в Сумеру торгует самыми распространёнными диковинками Ли Юэ и обломками кристалла, что и вовсе редкость среди торговцев в Тейвате. Немаленькая история девушки тоже напрямую связана с торговой гильдией, общаясь с Путешественником так, будто он уже клиент, но ближе к финалу она прольёт немного света на товарообмен между двумя регионами: «Хоть в Сумеру и предпочитают свой особый текстиль, но, похоже, местным нравятся изделия из Ли Юэ. Сумерский шёлк весьма необычен, и торговая гильдия «Фэйюнь» старается привнести особенности текстиля Сумеру в свои изделия. К счастью, эти народные изделия, по мнению Академии, не являются запретными знаниями и их можно вывозить, а то было бы непросто вернуть образцы обратно».
Торговка фруктами Ройа стоит вдалеке от пристани, зато напротив торгового представителя из Ли Юэ. Она и её история тоже касается кораблей, но на этот раз их снабжения. Впрочем, разговор приоткроет профессиональную невнимательность девушки: «Я оптовый торговец фруктами и овощами. Как видишь, в порту много торговых судов. Чтобы фруктов и овощей хватило на всё плаванье, они их покупают у меня в огромных количествах. Я привыкла продавать ящики с яблоками, персиками, картофелем и помидорами. Если тебе нужно всего несколько штук, то я даже не знаю сколько это будет стоить».
Недалеко от коллеги по ремеслу, если пройтись ближе к таверне «Джафара» любопытные встретят очередного странного торговца. Серван попытается заинтересовать игроков словами: «Эй, хочешь покажу что-то новое?». Забегая немного вперёд, общение с этим персонажем не вызвало у меня никаких ассоциаций с Дори и вот почему: «Я покажу тебе то, что еще никто не видел! Ты только посмотри! Можно выдавливать различные формы и приклеивать к стене. Это паста слайма! А это! Просто потри между ладонями, и оно поднимется в воздух! Ну как? Правда же весело? Играй сам или отнеси домой детям! Эй! Не уходи…».
Еще одного выходца из Ли Юэ можно застать у причала рядом с таверной «Джафара». Капитан торгового судна Сяо Дун встретит Путешественника раздражённым ворчанием: «Так долго жду, а всё никак недождусь». Все жители Ли Юэ трепетно относятся к контрактам и их исполнению, а потому любопытные вполне могут понять негодование персонажа: «Я уже распродал чай и руду, а теперь жду не дождусь забить свой трюм сумерскими коврами и специями и вернуться в Ли Юэ торговать. А заказанные специи еще не привезли… контрактное лицо только и отвечает «товар в дороге», но мне кажется, что он сам не знает и просто морочит мне голову. Думаю, мне лучше самому дождаться на причале». К слову, капитан так спокойно описал ситуацию только Путешественнику, но с помощью Нахиды можно убедиться насколько сильно его раздражение и на мой взгляд английский вариант его невысказанных мыслей намного красноречивее русской локализации: «Разве жители Сумеру не ценят контракты, когда занимаются бизнесом?». Подозреваю, Сяо Дун попросту обманули.
Говоря о контрастных историях правого берега, я в первую очередь имела в виду обслуживающий персонал таверны «Джафара». Грозная официантка по имени Рошана стоит в стороне от остальных коллег и посетителей заведения. «Как видишь, я тут работаю, но мне не разрешено ни наливать напитки, ни прислуживать гостям. Но тут еще есть трактирщик и Несмиль, уж она с любым делом справится. А трактирщик… в общем, он тут хозяин и больше всего он боится обидеть гостей…». Течение разговора с девушкой невольно подведет любопытных к тому же выводу, который озвучит в диалоге сам Путешественник, а именно, что ей не нравится работать в таверне, правда у Рашаны оказалось своё мнение: «Не могу сказать, что нравится, но и работёнка не пыльная. Во всяком случае, это лучше той, что у меня была у Пустынников. Хотя бы больше не надо разговаривать с этими твердолобыми учеными». Особенно примечательными являются её последние слова в диалоге, которые пусть и кажутся очень жизненными, на самом деле касаются кое-каких ночных посетителе таверны: «Ха, смешно сказать, но даже энергия вина сильнее знаний. Не веришь мне, так посмотри, как ученые за вином забывают обо всех правилах».
Упомянутая Несмиль стоит чуть в стороне у края здания. Она встретит Путешественника характерными для официантки словами: «Сегодня у нас новое вино, хотите отведать?». Далее девушка своими словами расскажет и о заведении, где работает, и о себе самой: «Это таверна «Джафара», лучшая в Порт-Ормосе. Здешний хозяин может раздобыть любое хорошее вино! Поэтому все торговцы в округе, туристы, моряки… и старые друзья-Пустынники приходят сюда, чтобы попировать на славу!.. По мне не скажешь, что я когда-то была в Пустынниках, не так ли? На самом деле я была настоящим наёмником! Из тех, кто даст оплеуху даже морскому чудовищу! Шучу. С морским монстром пришлось бы повозиться, но разобраться с парочкой пьяниц – проще простого». Впрочем, кое-что девушка расскажет и о хмурой коллеге, полностью раскрывая своё отношение к ней: «Даже если ситуация выглядит безвыходной… Что ж, у меня под рукой великолепная и трогательная, нежная и сильная Рошана. Любому, кто разозлит её, мало не покажется. Только тихо! А не то она услышит… Честно говоря, я ушла из Пустынников и начала работать здесь только из-за Рошаны. Она такая талантливая, такая решительная. А работа здесь намного свободнее, чем в той же Академии!».
Торговец Аббенес за дальним столом говорит только о проблемах на работе: «Что-то в последнее время всё идёт наперекосяк… Кажется, нам нужно нанять еще двух наёмников…». От вопроса Путешественника, что же случилось, Аббенес лишь отмахнётся и всё же пояснит свои опасения: «Ничего серьёзного, но все равно что-то не так. У каравана, с которым я иду, есть корабли, ясно? Недавно я узнал, что импорт в Академию из Снежной резко увеличился. Многие караваны этого не ожидали, а сколько планов рухнуло… А еще мне кажется, что пираты в последнее время разбушевались. Даже кайраги из дальних морей объявились!». Если с поставками из Снежной всё более-менее понятно (полагаю многие уже закрыли актуальную сюжетную арку Сумеру), то упоминание Кайраги поставило меня в тупик, пока я не вспомнила, что так еще называют инадзумских пиратов. К слову, это также напомнило об одной забытой истории с острова Ясиори, связанной с матерью маленького хитреца Тёдзи.
За соседним столом от торговца расположилась ученая по имени Париса, которая явно не разделяет прошлую политику Академии в отношении искусства: «Я считаю, что каждый должен посетить спектакль в Театре Зубаира!». Подозреваю, её взгляды во многом проистекают из положения девушки в иерархии Академии – она простой бродячий исследователь, который даже в собственных глазах не представляет ничего особенного. Другими словами, ей не нужно заботиться о научной репутации, а потому ей в определенном смысле живётся легче. «Если бы у меня был талант к искусству, я бы, наверное, не пошла в Академию… Шучу! Кажется, в Академии очень мало людей, умеющих петь и танцевать. Возможно, это потому, что исследования и научные работы занимают большую часть их времени. Но учёба тоже важна. Одни лишь знания обеспечат тебе лучшую жизнь. Однако в учёбе нельзя мыслить шаблонно. Только гибкий, подвижный ум сможет разгадать великие тайны». Другая ветка диалога, которая касается непосредственно театра немного меняется в зависимости от прогресса в сюжетной арке 3.2 и в старой версии девушка делает акцент, что Академия не участвовала в праздновании Сабзеруз, в остальном её восхищение театром осталось неизменным: «На Большом базаре в Сумеру есть «Театр Зубаира», полный песен и танцев. Им управляет шейх Зубаир, он настоящий гений! Он знает драматургию, хореографию и даже умеет делать реквизит для спектаклей. Он превосходен во всём! Прекрасная танцовщица Нилу, получив от него пару уроков хореографии, стала выступать еще лучше. Если тебе выпадет шанс увидеть её на сцене в «Сабзеруз», это будет большой удачей!».
Владелец таверны Аймен единственный персонаж в Порт-Ормосе, который после завершения сюжетной арки 3.0 будет встречать Путешественника как старого знакомого, так как сюжет познакомил их в непростую минуту: «Ой-ой… Да это же мой завсегдатай! Не буду от вас скрывать, что прежде я был странствующим торговцем, бродящим среди песков. С трудом я скопил деньги и открыл эту таверну. В пустыне жилось несладко. В те времена Пустынники уделяли мне немало заботы, и вот нечистый попутал меня помочь преступникам. Но сейчас меня уже с ними ничего не связывает. Будьте так великодушны, позабудьте об этом». Тем, кому не понятна его тирада, поясню: Аймен просит не вспоминать и не упоминать тот случай в таверне, когда Путешественник и Аль-хайтам впервые встретились, ведь то дело было напрямую связано с контрабандой капсул знаний, а значит может легко испортить репутацию заведения.
Еще один торговец, Бехруз, претендующий в моих глазах на родство с мальчуганом Зайем, занят теми же переживаниями, что и его коллега за дальним столом: «Морские чудовища и кайраги… И те, и другие не сахар». На самом деле он только судовладелец и зарабатывает на жизнь морскими перевозками товаров, хотя и предпочёл бы торговать сам: «Если у тебя есть хороший источник товаров или торговых путей, пожалуйста, расскажи мне, а я уж тебя не обижу. Было бы еще лучше, если бы у меня были превосходные товары, такие как самоцветы и шёлк из Ли Юэ или лодки Фонтейна». В другой ветке он больше внимания уделит именно проблемам, пусть и не расскажет ничего нового: «Ты наверняка знаешь, что мы, купцы, ведущие торговлю между странами, боимся несчастий в море. Я опытный судовладелец и умею справится с проблемами, но эти морские чудовища вызывают у меня головную боль. А еще эти злобные кайраги. Если им взбредёт в голову вас ограбить, тут уж вам будет не до смеха. Нужно не попасть им на пути. А сейчас мне нужно хорошенько подумать над маршрутом…».
К слову, в пользу родства Бехруза с Зайем говорит не только наличие у торговца судов, но и его невысказанные мысли: «Всё равно нечем заняться. Выпью еще немного!».
У здания через дорогу от таверны «Джафара» стоит девушка по имени Фариба и её невысказанные мысли коротко и ёмко охарактеризуют весь предстоящий с ней разговор: «Умоляю, прекратите расспрашивать меня о товарах, я всего лишь продавец. Я ничего не знаю…». И действительно, диалог с ней преимущественно похож на издевательство: «Ну… Я тоже не во всех товарах разбираюсь. Всё здесь, в магазине. Осмотритесь сами. А еще у нас есть… В общем-то, некоторые повседневные вещи. Ковры, кухонные лопатки, зонты, стаканы, и тому подобное… Почем зонтик? Разве не указана цена? Ай, не могу вспомнить, сколько он стоит… Я не веду записи, поэтому не могу быть уверена… Каждый день в наш магазин приходят покупатели, но каждый раз это всё новые лица. Единственное знакомое лицо, которое я могу вспомнить – это лицо маленькой девочки, приходящей к управляющему с каким-то делом. Он, казалось, вёл себя с ней очень уважительно, но никогда не выкладывал её товар на полку».
Тандем из махаматы Махшид и Пустынницы Матари многим покажется очень забавным. Дело в том, что днём махамата отчитывает наёмницу, распекая её такими словами: «Вы, Пустынники, привыкли бездельничать у себя там в песках, и не понимаете важность правил! Если все на своё усмотрение будут меняться сменами, а не работать, как распланировано, легко можно что-то упустить! Хоть ты и пришлый наёмник, нанятый Академией, но твоя работа по поддержанию порядка в гавани ничуть не менее важна, чем работа ученого, тебе ясно?».
А вот ночью эту пару можно отыскать за одним столом в таверне, где уже изрядно пьяная Махшид жалуется немногословной Матари на работу: «Думаешь, если бы я не была такой заучкой… ик… меня бы больше любили в школе? Если бы я была такой же… ик… милой, как ты, я бы лучше ладила с людьми? Если бы была… ик… чуть-чуть тактичнее, меня бы уже повысили? Ты думаешь, мне не удалось оправдать надежд малой властительницы Кусанали, возложенных на сумерцев?». На все эти вопросы махамата получала короткие неоднозначные ответы «да, наверное», пока это не привело к курьёзу. Именно о Махшид говорила ранее официантка Рошана, рассказывая любопытным о пьяных ученых и позабытых правилах.
Пустынник Огуз патрулирует набережную у таверны «Джафара». Он весьма немногословен и просто расскажет Путешественнику очевидное: «Я из Пустынников, нанятый Академией, слежу за порядком. Не важно кто я, но важен долг Пустынников. Мы единственные наёмники в Сумеру. Хорошенько это запомните, чтобы вас не обобрали. Если вам нужен хороший и надёжный телoхранитель или охранник в Порт-Ормосе, обратитесь к нашему капитану Ферозу. Он грубоват, но порекомендует вам отличных работников». Правда, его невысказанные мысли напоминают любопытным, что доверять словам Пустынников особо не стоит: «Наверно, дураки на то и нужны, чтобы их дурачили?».
Патрулирующий Пустынник нередко проходит мимо здоровяка по имени Нериман. Он помимо того, что грузчик, так еще и сплетник: «Я вырос в порту, поэтому если вы хотите узнать новости, вы обратились по адресу». Точнее говоря, он пытается выглядеть в глазах любопытных таковым, рассказывая о самых ярких местах Порт-Ормоса, таких как таверна «Джафара», гостиница Шапур и Викала Фундук. Но кое-что действительно интересное здоровяк рассказать всё же сможет: «… Пару дней назад, во время предупреждения о морских животных я видел несколько странных людей. Я уже почти заканчивал смену, когда ко мне подошли несколько Пустынников и ученых в потрёпанной одежде, и потребовали выпустить их в море. Я видал тех, кто прячется от морского зверья, но еще не видел тех, кто за ними охотится. По их словам, они изучают морскую фауну. Ох, я не знаю, смогут ли они вернутся живыми. Конечно, кусок хлеба нужно заработать, но не подвергать же себя такой опасности…».
На набережной у моста, что ведет к маяку Фарос, стоят на посту двое Пустынников. Один из них Берат, такой же немногословный, как и его собрат по оружию Огур, заведет с Путешественником престранный разговор: «Взгляд человека может переменить море. Послушай, лучше не смотреть на море всё время. Иначе так и простоишь здесь, пялясь на его гладь и ничего не делая…» - подозреваю, конкретно в этих словах Берат говорит о себе, потому что в своих невысказанных мыслях как раз восхищается морем, а вот дальше невзначай скажет лишнего. – «Пока небо и море окончательно не покраснеют, пока всё не рассеется, и ты окoнчaтельно не уйдёшь из жизни…». То ли парень поэт, то ли случайно процитировал строчку из пророчества о возвращении Алого Короля – оставлю решать другим.
Вторая на посту – Пустынница Иннам, которая мается скукой и раздумывает с кем бы поменяться сменой. Собственно говоря, именно она и расскажет Путешественнику, что раньше в Порт-Ормос были немного другие порядки: «Раньше нам, наёмникам в гавани, можно было по своему желанию меняться сменами. Когда было плохое настроение, мы просто менялись с напарниками сменами и шли выпивать. Но теперь инспектор этого не позволяет… Несколько дней назад новенький поменялся сменами с Матари, и тут объявили предупреждение о морских животных. Когда предупреждение было снято, инспектор подошла к тому парню и стала расспрашивать о ситуации, а тот и двух слов связать не смог. Инспектор проверила расписание и поняла, что он взял чужую смену. Теперь она строго за этим следит, и никто не смеет нарушать её запрет». Упомянет Пустынница и знаменитую среди игроков сестру по оружию, а точнее, как той повезло с работой: «Как думаешь, удача даётся людям от рождения? Моя младшая сестрёнка Дэхья гораздо позже меня присоединилась к Пустынникам, а работу получила лучше моей. Работать телoхранителем в богатой семье – это не только комфортные условия, но и возможность заработать кучу моры. А мне приходится день-деньской тут патрулировать, да еще и разнимать сцепившиеся бригады. Жизнь Пустынников не такая уж увлекательная как может показаться со стороны». Но не заблуждайтесь об упомянутом родстве, это огрехи локализации.
Капитан Пустынников Фероз можно застать патрулирующим как раз тот самый мост, что ведёт к маяку. Он наёмник из деревни Аару и в отличие от собратьев по оружию не в меру болтлив, о чем говорит целых три ветки диалога и отсутствие чего-то мало-мальски интересного в откровениях здоровяка. Так в одной он признается, что жизнь и работа в Порт-Ормосе гораздо лучше, чем в деревне Аару: «Иначе разве припёрся бы сюда кто издалека, чтобы поработать в этой дурацкой Академии? Я ведь не глупец какой!». В другой сделал выводы о Путешественнике только по внешности: «Посмотри-ка на себя, одна кожа да кости. Если сунешься в пустыню, железки и огромные камни царя Дешрета от тебя и мокрого места не оставят!». В третьей критически прошёлся по верованиям своего народа: «Если царь Дешрет смог воскреснуть среди песков, то, получается, и росток вырванный с корнем из земли, может стать Великим деревом?! Царя Дешрета давно нет. Эти неудачники не заслуживают звания Пустынников, если они даже не могут смотреть правде в глаза!». Как и сказал Огур, капитан резок в словах, а в моих глаза он так же останется крайне раздражительным персонажем. Любопытным предлагаю поговорить с ним самостоятельно.
Заместитель портового управляющего по имени Масрур глубоко в душе мечтает отправится в море, когда выйдет на пенсию. До того времени он будет продолжать заниматься привычной бюрократической рутиной в порту: «Добро пожаловать в Порт-Ормос. Пожалуйста, зарегистрируйте прибывшее судно здесь… Теоретически все суда, входящие в порт, должны быть зарегистрированы. Помимо прочего должна быть предоставлена информация о владельце и цели прибытия. Незарегистрированные суда, ведущие дела в Порт-Ормосе, будут задержаны и оштрафованы». В другой ветке диалога Путешественник попросит чиновника больше рассказать о городе: «Порт-Ормос – крупнейший торговый порт в Сумеру и важный центр экономики и торговли. И хотя он не сравнится с Ли Юэ, крупнейшим портом на континенте, он также обладает немалой пропускной способностью. Поэтому мы надеемся, что все прибывшие суда будут активно сотрудничать с навбедом и работать на благо экономики Сумеру».
Непосредственный начальник Масрура стоит чуть в стороне от него. Портовый управляющий по имени Реза является лицом таможни в регионе мудрости, одновременно отвечая за сбор пошлин, проверку товаров и прочую волокиту своего ведомства. Тем не менее, управляющего нельзя назвать простым бюрократическим планктоном, некоторые проблемы порта и региона его всё же тревожат, пусть он совершенно бессилен в их разрешении: «Спасибо за беспокойство, но некоторые проблемы так стары, что мы с тобой уже ничего не поделаем. Согласно действующим в Сумеру правилам, внешняя торговля может вестись только в Порт-Ормосе, но кто-то уже давным-давно торгует в городе… Просто слишком сложно отговорить их от старого способа торговли. То есть, мы хотим решать проблемы, но просто не можем».
На пути к маяку любопытным повстречается искатель приключений Васко, который мучается интересным вопросом: «Стоит ли мне отправиться в Фонтейн и получить там лицензию ныряльщика?». Предполагаю это намёк игрокам на новые возможности в далёком или не очень будущем. Тем не менее, за вопросом авантюриста имеется история в духе настоящих приключенческих романов:
«Послушай, море – это тебе не шутки! В прошлый раз я едва не лишился жизни, когда отправился в море с караваном судов! В то время мне не сиделось на месте, и я целыми днями наблюдал за морем в бинокль, боясь пропустить что-то новое. И вот однажды на горизонте я увидел не отмеченный на картах остров. Как же я умолял капитана там высадиться. А когда мы подошли ближе, это оказалась спина морского чудовища! Это проснувшееся чудовище кинулось за нами, и по приказу капитана мы были вынуждены сбросить за борт весь балласт. В том числе мой багаж, всю провизию и… главного кока. Поверь, если отправляешься в море, нельзя быть слишком толстым. В общем, как только мы вернулись, капитан выбросил меня с корабля. И чтобы меня не постигла судьба того кока, я подумываю о том, чтобы получить лицензию ныряльщика… Но говорят, что в Фонтейне совсем другая вода, и, если я выучусь там, здесь это мало чем поможет… Или просто остаться на суше?».
Надеюсь многие догадались к какой исторической личности этот персонаж является отсылкой.
Возможно кому-то покажется странным, что ученый из Амурты является смотрителем маяка, но Араби совмещает работу с главным направлением своего даршана. Другими словами, парень обслуживает маяк и наблюдает за морской фауной в отдалении от берега: «По правде говоря… я мало что знаю о маяках. Куда мне до ученых из Кшахревара! Не знаю, о чем думали мудрецы, когда заключали это соглашение… Возможно, это просто было удобно, поскольку я занимаюсь исследованиями неподалёку». В целом парень очень разговорчив и в разных ветках диалога поведает о кое-каких далеко не новых мелочах. Так, например, в одной он расскажет об иерархии академии: «Мудрецы – самые высокопоставленные люди в Академии, по одному от каждой школы, а всего их шесть. Нас, ученых, мудрецы назначают на должности. Вот мне поручили следить за океаном и сторожить маяк». В другой без лукавства признается, что совершенно ничего не смыслит в архитектуре и посоветует посетить Альказар-сарай, поделившись слухами о владельце. А в третьей расскажет о тех, за кем наблюдает и, к слову, эта часть разговора пересекается со словами грузчика Неримана: «На самом деле это в основном морские животные, загадочные существа, что живут в море и время от времени нападают на жителей побережья. Мои исследования развиваются, и теперь я могу предсказать приблизительное время появления и заблаговременно об этом предупредить. Как только я делаю предупреждение, все суда возвращаются в гавань и не беспокоят животных. Конечно, бывают и исключения. На днях я видел, как судно вышло из порта после предупреждения, и я не знаю, вернулось оно обратно».
Прочитавшим - спасибо!
P.S. Делая вычитку, правый берег Порт-Ормоса неожиданно показался мне менее интересным, чем при первом посещении... дожилась...
