Мне несколько стыдно, ведь ежегодный праздник немного отвлёк меня от прогулки по чайной долине, но, напомню, она продолжается и следующим предметом моего интереса стал порт Илун. И, забегая немного вперёд, признаюсь: прогулка по городу немного затянулась…
Если прибыть в порт по дороге из деревни Цяоин, решая головоломки и собирая сундуки, то первой, кто встретиться у игроков на пути будет учёная из Сумеру по имени Ктесифон в придорожной беседке на подходе к городу. Как и её коллега Джаркутан она изучает тонкости чайной долины, но совсем иные: «Я учёный из школы Вахумана из Академии и сейчас занимаюсь исследованием уникальной системы торговли чаем в долине Чэньюй. Нельзя сказать, что обязанности между фермерами, чайными и Палатой связей распределены идеально… В любом случае, чтобы добиться выдающихся результатов и в масштабе производства, и в его качестве, необходимо изучить способы организации разделения труда… Важен не чай сам по себе, а долгосрочная, качественная и масштабная организационная модель выращивания сельскохозяйственной продукции…».
Чуть в стороне, на мосту легко встретить патрулирующего Миллелита Сюань Чжу. С ним у любопытных произойдёт длинный разговор на необычную для чайной долины тему, а именно – на военную, и я советую хотя бы раз прочитать его от начала и до конца. Объёмный монолог Миллелита, к слову, начинается со своеобразного намёка-предсказания: «Интересуешься военными сооружениями? В твоих глазах сияет внушающая благоговение праведность. Возможно, в будущем ты присоединишься к нашему отряду или станешь нашим надёжным союзником», после чего он произнесёт целую речь о слабостях обороны порта Илун и о методах её усиления: «Строительство сторожевых башен не только устранит слепые зоны, но и повысит эффективность береговых укреплений… Возле порта Илун протяжённая береговая линия и сложный, извилистый ландшафт с множеством слепых зон. Если построить побольше простых и недорогих сторожевых башен, мы могли бы более эффективно контролировать пограничную линию. И тогда не только бандиты, но даже хищники не смогли бы пробраться сюда… Конечно, при условии, что мы сперва решим вопрос с графиком дежурств…». В дальнейших рассуждениях Миллелит делает акцент на борьбу конкретно с руинными механизмами, но отдельно даёт кое-какое пояснение после вопроса Путешественника о потенциально грядущей войне: «Нет, но мы должны быть готовы ко всему. Это долг каждого Миллелита. У нас хорошие отношения с Фонтейном, и вряд ли мы схлестнёмся с ними в бою в ближайшие сотни лет… Но, согласно историческим записям, главными врагами Ли Юэ и Миллелитов всегда были не другие государства, а могущественные чудовища. Великая угроза, возникшая несколько сотен лет назад, была успешно отражена нашими предшественниками. Однако вполне вероятно, что в будущем нас ждёт столкновение с еще более серьёзными врагами». И хотя последние слова парня тоже выглядят как не радужное предсказание, большая их часть – это отсылка к историческому прошлому региона контрактов и простое ожидание худшего.
В дневное время на том же мосту можно застать сотрудника Палаты связей, Чжи Гуйа, знакомого игрокам по заданию в компании Ка Мина во время Фестиваля морских фонарей. Отчасти потому, есть вероятность, что он один из нескольких персонажей, которые «задержались» в порту Илун только на праздник. Обязанности Чжи Гуйа - быть посредником между станцией «Хэчжэ» и Миллелитами, чайными, охранными предприятиями, а также другими организациями: «Если у руководителя охранного предприятия есть свободные наёмники, то я узнаю на станции «Хэчжэ», нет ли заказов. Если чайной нужно проверить накладные документы, то я прошу их обсудить это с работниками порта. Если какому-нибудь торговцу потребуется провести проверку и регистрацию товара, чтобы переправить большую партию заграницу, то я помогу найти специалиста станции «Хэчжэ»… Кто-то должен помогать различным ведомствам взаимодействовать, иначе все погрузится в хаос». Припомнит чиновник и жизнерадостного мальчишку: «Иногда, когда Ка Мин возвращается, у меня даже нет времени чтобы пригласить его выпить чая… Он и сам вечно занят. Хорошо еще, что у него много друзей из местных, и они могут о нём позаботиться».
К слову, Чжи Гуй – один из тех неигровых персонажей, чьи имена так или иначе мелькают в биографии Ка Мина.
Пройдя дальше и достигнув перекрёстка, игрокам будет предоставлен выбор: направится к подъёмнику или пройти в глубь порта. Полагаю, большинство выбирает второй вариант, но я предлагаю прогуляться по первому, потому что упомянутая станция «Хэчжэ» находится как раз в той стороне.
Но на подходе к ней, у самого подъёмника игроки встретят Сай Цзиньчжуаня. Это, мягко говоря, несловоохотливый персонаж и, если судить по появлению модельки Путешественника в диалоге, он также связан с мировым заданием. Предположительно речь идёт о «Песке договорённостей», потому что до его завершения он обронит: «Своевольные глупцы! Похоже мне понадобятся новые собаки…», а после будет радоваться, что некую группу арестовали одним махом. Полагаю, Сай Цзиньчжуань занимается контрабандой и по неназванным причинам сдал Миллелитам банду «Железо и соль», на что намекает реплики другого персонажа.
Впрочем, никто не мешает поразмышлять о причинах. Если судить по кое-каким репликам клуба "Мизинчиков" во время неудачных переговоров двух банд, можно предположить: укрепление власти Спина-ди-Росула вытесняет другие банды и бьёт по путям контрабанды, что и привело к конфликту "Мизинчиков" и "Железа и соли", а также к своеволию последних.
Ярусом выше, на обзорной площадке с хорошим видом на водопады и реку Бишуй в дневное время суток можно застать еще одного сотрудника Палаты связей по имени Ли Син, задумчиво бормочущего под нос: «В новый план транспортировки можно внести корректировки…». Его задача в ведомстве – оценивать и оптимизировать план транспортировки по заданным маршрутам, а в определенный момент и вовсе признается, что использование наёмников для охраны является вынужденной мерой: «Даже если бы все жители Ли Юэ работали в Палате связей, охватить все перевозки по региону было бы невозможно, поэтому мы передаём часть работы местным охранным предприятиям. Проблема в том, что у них всех разные возможности. Это затрудняет контроль за временем транспортировки и ограничивает наши возможности планировки…». Отдельной веткой диалога он и вовсе на конкретных абстрактных примерах иллюстрирует любопытным всю тяжесть части возложенных на Палату связей обязанностей, одновременно напоминая, что под небом Тейвата филиалы бюрократического ада есть везде: «Вот например… Охранному предприятию А нужно перевести товары из порта Илун в гавань Ли Юэ. По пути они остановились на пристани между деревней Цяоин и деревней Цинцэ. Далее они могут переправить груз на противоположный берег и продолжить путь по суше. Ты наверно уже догадался. Не лучше ли поплыть на юг, а затем отправиться по суше от постоялого двора «Ваншу»? Но не все так просто. Что если суда на этом водном пути принадлежат не охранному предприятию А, а Палате связей, охранному предприятию Б или вовсе судовладельцу В? И это я затронул только основы. Если прибавить к этому еще тип товаров и сроки перевозки, то у неподготовленного человека это вызовет сплошную головную боль… Например, производство зерна в долине Чэньюй – дело не слишком перспективное, поэтому необходимо импортировать большое количество товаров. Для этого требуется задействовать колоссальные транспортные мощности из центра Ли Юэ в долину. Самый ходовой товар на местном рынке – это чай. По своим весовым характеристикам, способам упаковки и условиям хранения он сильно отличается от зерна. К счастью, мои коллеги уже давно решили этот вопрос…».
В ночное время Ли Синя можно отыскать за столом чайного дома «Цзюлюэ», но его реплики никак не поменяются. Тем не менее, как и в случае с Миллелитом Сюань Чжу, я советую поговорить с персонажем хотя бы раз.
Еще ярусом выше, за стойкой станции «Хэчжэ» стоит Фан Цзюй, такая же сотрудница Палаты связей, как и Чжи Гуй. Собственно говоря, само упоминание данного ведомства началось после открытия чайной долины, и девушка за стойкой может пролить для любопытных немного света на задачи Палаты связей: «Если вы хотите получить более точную информацию о Палате связей, вам лучше обратиться в Департамент по делам граждан. Я всего лишь мелкий служащий. Насколько мне известно, в основном Палата связей отвечает за транспортную сферу Ли Юэ и по мере необходимости участвует в строительных проектах и дорожном администрировании… Чтобы беспрепятственно перевозить товары нужно построить отличные дороги, мосты, водные пути и пристани… Конечно, в Палате связей не терпят халатного отношения к своим обязанностям, а потому ежемесячно проводится аттестация персонала…». А вот о задачах, поставленных конкретно перед станцией «Хэчжэ», она расскажет немного другое: «Мы отвечаем за регистрацию въезжающих и выезжающих лиц, импорт и экспорт товаров; досмотр и карантин; оформление заявок на доставку в пределах границ Ли Юэ, а также предоставление складских услуг. Как правило, иностранные гости, желающие осуществлять торговлю в Ли Юэ, должны пройти у нас регистрацию сразу по приезду. Затем наши сотрудники досматривают и дезинфицируют их товары… Конечно, наши услуги предоставляются при наличии лицензии на ведение торговой деятельности. В случае необходимости мы также оказываем услугу отправки заявок…».
И раз речь зашла о подъёмнике, то, спустившись, любопытные первым делом наткнутся на бродящего по причалу повара по имени Чан Баатьян, самого разговорчивого персонажа нижней части порта Илун. Он встретит Путешественника словами: «Любая кухня по-своему достойна внимания… Не стоит принижать себя, но и нельзя быть высокомерными…», и заложенным в них смыслом будет пропитан основная часть диалога с персонажем. Чан Баатьян буквально сразу признается, что ему просто хочется выплеснуть эмоции: «Между портом Илун и портом Люмидос, что в Фонтейне, частенько ходят корабли. Торговцев оттуда много пребывает, а потому порт Илун стал центром смешения культур и кухонь двух стран. Некоторые повара даже не попробовали кухню Фонтейна, но превозносят её до небес под влиянием моды, а есть и такие, кто сразу начинает бахвалится, когда гости из Фонтейна хвалят блюда Ли Юэ… На мой взгляд, нельзя превозносить одну кухню в ущерб другой. В мире не существует блюда, которое нравилось бы абсолютно всем. Номинации лучшей кухни даже не существует, какой смысл тогда соревноваться? Глупо слепо упираться рогами во что-то новое, с которым ты никогда не имел дела, или же упрямо отстаивать старое, отрекаясь от всего нового…». По крайней мере, именно такую точку зрения Чан Баатьян доносит своим ученикам.
И, к слову, о них. Примечательно, что повар рассказывает о чуть более личном в диалоговой ветке со знаком сундука: «Вижу вы тоже любитель изысканных блюд и деликатесов. Меня зовут Чан Баатьян. Я не претендую на звание лучшего повара в порту Илун, но я никогда не пренебрегал оригинальным вкусом ингредиентов и всегда готовил каждое блюдо с особым старанием. К сожалению, я теперь нечасто готовлю, а в последние дни и вовсе стал похож на очень разборчивого странствующего гурмана. Тот, кто весь день занят на кухне, в конечном итоге имеет весьма ограниченное влияние. Несколько лет назад я набрал около дюжины учеников и обучил их всему, что знаю сам. В настоящее время некоторые из них уже закончили обучение. Владелица «Димсанов Лянь Фан» и шеф-повар чайного дома «Цзюлюэ» были моими лучшими учениками. Вам стоит попробовать их шедевры…».
Собственно говоря, упомянутую Лянь Фан можно встретить у собственной закусочной на том же причале, где бродит её учитель. В своей зазывалке она делает особый акцент, что специализируется на простых блюдах, которые удобно брать с собой на борт и, поясняя Путешественнику этот момент, прочитает сравнительную лекцию о местных привычках и потребностях приезжих: «Жизнь в долине Чэньюй протекает размерено и непринуждённо. Местные жители привыкли отдыхать у воды, заваривать чай, ставить тарелки с бобами, парочку основных блюд… Они наслаждаются пейзажами, не спеша пьют чай и обсуждают новости. А при должном настроении даже читают стихи и музицируют. Одним словом, благодать! Многие традиционные блюда долины Чэньюй создавались специально для таких случаев. Однако порт Илун – центр торговли. Чужеземные гости не разделяют нашей любви к неторопливым трапезам… Время – мора, а потому им даже спокойно перекусить некогда. Поэтому мы видоизменили традиционные блюда, чтобы и у них был шанс их попробовать… Теперь наши блюда не только подходят под ритм жизни порта Илун, но и помогают популяризировать местную кухню!».
В другой ветке диалога Путешественник выскажет интересное опасение, а что делать, если в лодке укачивает? Нужно отдать должное Лянь Фан, она совсем не удивилась такому вопросу, заодно назвав любопытным имя второго ученика скромного повара: «Для этой цели шеф-повар Ба Чжэнь специально видоизменил местные блюда. Он добавил в рецептуру дополнительные ингредиенты, сохранив при этом оригинальный вкус. Эти ингредиенты даже облегчают симптомы морской болезни и улучшают самочувствие в пути! Говорят, с нашими блюдами даже шторм не страшен. Здорово, правда?».
Еще одним разговорчивым персонажем в нижней части порта Илун является лодочник Сунь Жао, который встретит Путешественника то ли наблюдением, то ли нехарактерным для возраста ворчанием о том, что из молодого бамбука шесты получаются намного лучше. В действительности, парень лишь озвучил свои предпочтения, ведь шесты делают также и из старого бамбука, подразумевая возраст растения: «В целом и старый, и молодой бамбук из деревни Цинцэ имеют одинаковую прочность, если его срезали в нужное время и правильно обработали. Однако у каждого лодочника свои вкусы, вот они и подбирают наиболее подходящий для них материал. Один старый лодочник, который научил меня петь, сказал, что бамбук всё равно что чай. Каждый мастер обрабатывает его по-разному, оттого и вкусы отличаются… У каждого из нас свой уникальный ритм гребли и своя мелодия… Каждый лодочник в долине Чэньюй что-то напевает, пока плывёт. Такие песни передаются из поколения в поколение. Никто не знает, кто и когда сочинил их. Однако они крепко впечатались в память жителей долины…».
Но вернёмся к перекрёстку, что крайне легко, ведь рядом с ним находится точка телепорта, у которой то в одну, то в другую сторону бродит Ю Гуй. И хотя у него под именем гордое звание городского наёмника, на деле он такой же носильщик, как и здоровяки в порту. По крайней мере, именно такой вывод можно сделать с его слов: «Обычно мы принимаем грузы внизу, а затем как можно скорее поднимаемся наверх, чтобы передать его клиентам. Чтобы лестницы не были такими крутыми, их выложили в форме зигзага. Однако передвигаться по ним из-за этого тяжеловато. Говорят, Палата связей планирует построить несколько подъёмников… эх, вот тогда мы точно заживём!». Конечно, наблюдательные сразу вспомнят, что в городе уже имеется подъёмник, но по словам Ю Гуйа он предназначен для больших грузов. Примечательно, что в другой ветке диалога парень делает акцент на человеческий фактор и рассуждает как работник курьерской службы: «Во время доставки частенько случаются всякие казусы, которые удлиняют сроки доставки. Иногда груз прибывает с опозданием на несколько дней. Нередко мы перевозим ценные ингредиенты, они могут испортиться. Мы из-за этого сильно переживаем, стараемся как можно скорее поднять наверх и передать груз клиентам. Но стоит ли винить караванщиков? Они не виноваты, что путь такой долгий и трудный…».
Чуть дальше от точки телепорта располагается чайный дом «Цзюлюэ» и официантка Цюэ Чжи зазывает прохожих посетить заведение: «Прошу сюда, пожалуйста. У нас еще остались свободные места. Чего желаете? Выпить чая, посмотреть представление или отведать рабочий обед?». Путешественник помимо чая также особенно заинтересуется последней из перечисленного услугой и ответ девушки будет пестрить параллелями с рассказанным владелицей закусочной Лянь Фан: «Ах, простите! Госпожа Верт Младшая предложила нам обозначить этот обед более элегантным термином… «простые блюда». Именно так. Простые блюда для занятых людей, которые вечно спешат! Разумеется, в нашем ресторане можно заказать и полноценный традиционный обед или ужин. Однако обычно такое не подают на свежем воздухе. Крытая обеденная зона и отдельные кабинеты сейчас на ремонте. Приходите ещё позже, когда ремонт закончится!». Искренне надеюсь, история не закончится на простом обещании…
В шаге от официантки располагается лестница в зону для особых гостей более украшенная и с превосходным видом на сцену. Именно там любопытные встретят Цзю Гуань, которая в глазах игроков пополнит ряды тех персонажей, что с удовольствием просветят любого иностранца на тему чая и созданных вокруг него традиций: «У любителей чая из разных регионов свои вкусовые пристрастия. Жители Фонтейна, например, любят пить чай во время просмотра спектакля или киносеанса. Некоторые даже добавляют в чай молоко и пряности. Большинство из них относятся к чаю как к обычному напитку…Как мне кажется, для жителей Долины Чэньюй в дегустации чая важны «тишина» и «исследование». Сперва они успокаивают тело и душу, а затем изучают вкусовые оттенки чая. Дегустация чая – это скорее ритуал, который помогает нам отвлечься от извечной суеты жизни, отрешится от этого мира и очистить разум…».
В другой ветке диалога, с которой я тоже советую ознакомится хотя бы раз, девушка прочитает неосторожным любопытным дотошную лекцию на тему как заваривать тот или иной чай и из какой посуды его пить, закончив её такими словами: «В общем, все тонкости невозможно изложить кратко. Не так давно я прислушалась к совету господина Фрислана и поручила мастерам моего чайного дома написать книгу о приготовлении и дегустации чая. Если вам интересно познакомиться, дождитесь её выхода и внимательно прочтите…».
Упомянутый Фрислан – торговец чаем из Мондштадта, о чём в первую очередь говорит одежда персонажа, а уже затем он сам: «Я Фрислан, торговец из Мондштадта. Занимаюсь продажей чая по доступной цене! Чай из порта Илун настолько популярен, что у нас его за два месяца раскупают…». Его можно застать в дневное время за одним из столов перед сценой, где парень беззлобно ворчит о том, насколько трудно ему даются путешествия к порту Илун, но в то же время отмечает, что изначальные пути доставок изменились и в его словах не чувствовалось сарказма: «Если подумать, теперь добраться до порта Илун, чтобы закупиться товарами, стало намного легче. Расстояние уменьшилось. Сперва груз отправляют из порта Илун на пристань к юго-востоку от деревни Цяоин. Затем по реке до постоялого двора «Ваншу», потом в гавань Ли Юэ. Ну а затем его грузят на корабли для переправки в Терновый порт… Можно, конечно, организовать и напрямую перевозку через Каменные врата. Однако для этого требуется слишком много повозок и контролировать процесс будет тяжелее. Да и вообще, водный транспорт намного стабильнее». В определенный момент рассказа Фрислана я невольно подумала, что его слова отсылка с оттенком насмешки к ежедневным поручениям по сопровождению грузов, которые с регулярной частотой появляются в регионе свободных ветров: «Говорят, когда-то в Мондштадте жил ужас какой невежественный торговец. Он-то как раз и перевозил свои товары по суше. Боюсь даже представить, сколько времени у него это занимало и сколько опасных мест ему пришлось пересечь!».
Рассказчик Цзе У – тот самый «молодой человек», чьи истории расстроили одного старого ювелира из деревни Цяоин. В дневное время его можно застать у сцены, где он перескажет любопытным две самые яркие из них: «… Некий торговец из Фонтейна был приглашён на чай во время своего визита в деревню Цяоин. Как только вода оказалась в заварочном чайнике, он, не дожидаясь, разлил её по чашкам и стал пить, восхваляя насыщенный аромат. Он не знал, что это всего лишь вода, которой ополоснули чайный сервиз, а насыщенный аромат – это остатки чая от предыдущего заваривания. Видя это, хозяин не стал смущать торговца и тоже сделал пару глотков. Затем заварил чайник прекрасного чая и предложил его торговцу… Был еще бард из Мондштадта, который устроил соревнование по выпивке с несколькими молодыми людьми в деревне. Домашнее рисовое вино, приготовленное одним молодым человеком, было сладким и нежным. Бард выпил несколько чаш подряд и был в таком приподнятом настроении, что ему показалось, будто он раскрыл тайны мира! Бард протиснулся сквозь толпу и начал исступлённо писать. Но, когда налетел ледяной порыв ветра, он на мгновение оцепенел, а затем с гулким стуком упал навзничь. Когда он протрезвел и взглянул на «тайны мира», обретенные им предыдущей ночью, первое предложение начиналось так: "Очищайте яблоки, прежде чем их есть"…». После Цзе У признается, что обычно не рассказывает такие истории в местах, подобных знаменитому на весь Илун «Цзюлюэ», ограничиваясь маленькими чайными домами: «Так мне удобнее рассказывать, а всем остальным комфортно их слушать. Иначе какой-нибудь старый упрямец обязательно начнёт высказывать свои замечания…». Говоря об упрямце, Цзе У намекает на размолвку со стариком Дэ Инем, и я даже посочувствовала бы парню, не произнеси он следующие слова: «Если бы я серьёзно подходил к рассказыванию историй, у меня бы получилось лучше, чем у кого бы то ни было, но прилагать столько усилий каждый день – это слишком утомительно! Комфорт – вот самое главное в жизни!».
В ночное время рассказчика легко отыскать уже на сцене, где он пересказывает слушателям уже другой сюжет, являющейся местной легендой и отсылкой к словам Фу Цзинь о войне Архонтов: «Однажды в море поднялся страшный шторм, и волны готовы были поглотить долину Чэньюй. Тогда сержант Миллелитов приказал своим людям скрестить щиты и мечи, образовав тем самым подобие лестницы. Миллелиты держали лестницу, помогая людям взобраться наверх и уйти, совершенно не заботясь о собственной безопасности. В этот момент в горах раздался мелодичный плеск воды! Из облаков вынырнул драгоценный нефрит, пронёсся сквозь волны и одержал над ними верх! Не успели люди ахнуть, как изысканный нефрит вознёсся к небесам и превратился в огромную гору, которая рухнула прямо в долину. Говорят, что в этот момент по обе стороны берега раздался звон, похожий на звон нефритовых драгоценностей. Воды бежали обратно, словно выпитый кем-то чай…».
Чуть в стороне от чайного дома располагается немного нелогичного вида беседка, где время от времени появляется пара персонажей знакомых игрокам по сюжетным аркам чайной долины. К слову, место беседы Отмонтень и Мао в паре шагов от сцены чайного дома выбрано не случайно, ведь приятели обсуждают оперу, плавно переходя на иные темы:
Мао: Слушай Гора, думаю, что оперы Фонтейна похожи на наши! Рыцари, маги, храбрые воины и злые драконы – вы убиваете меня, я убиваю вас, и в конце концов все погибают!
Отмонтень: Важен не финал! Важен процесс! Не каждую трагедию можно рассматривать как последовательность боевых сцен!
Мао: О! И «лемурские големы», о которых только что говорила Гора – это очень здорово! Интересно, они больше, чем Лазурь?
Отмонтень: Лазурь?
Мао: Ой, точно! Я ведь так и не рассказал тебе о Лазури… Что, если ты расскажешь мне больше о «лемурских големах», а я – тебе о Лазури!
Прочитавшим - спасибо!
P.S. Прогулку по порту Илун разделю на две части, чтобы не утоmлять читателей.
К моему удивлению, некоторые жители долины ну очень разговорчивы и порой действительно читают лекции...
