Следуя своей собственной заведенной традиции, в конце большой прогулки по той или иной части Тейвата я рассказываю о персонажах, которых любя называю «одинокими волками», ведь прежде чем поговорить их еще нужно отыскать. Да, не во всех регионах таковые имеются, но к счастью (или нет – решайте сами) в чайной долине таких персонажей достаточно, чтобы выделить им место на страницах заметок…
Буду откровенна, некоторых из жителей долины Чэньюй я специально оставила под финал своей прогулки, оправдывая себя тем, что они достаточно далеко от порта Илун и в простой маршрут по городу их вписать было бы сложно. Такими персонажами оказались пара, которую можно отыскать на террасе Илун, куда долго добираться, но подъём окупает хороший вид на порт.
Владелец чайного киоска с говорящим названием «Благовония Журавлиной головы» с первых же слов предложит Путешественнику зажечь благовония на удачу. Признаю, что поначалу Пин Шань создаёт впечатление мошенника, который проповедует поклонение журавлю: «Взгляни туда. Прямо над обрывом террасы Илун каменный выступ по форме напоминает голову журавля. Если воскурить там благовония, Адепт обязательно услышит твоё желание и исполнит его! Однако Журавлиная голова находится высоко в горах. У большинства ноги подкашиваются от испуга, стоит им взглянуть вниз. Именно поэтому мы готовы сделать подношение за вас. По стоимости услуга выйдет всего как две чашки чая. Думаю, ради исполнения желания вполне можно пожертвовать немного моры, правда?». Тем не менее, слово за слово выяснится, что не все так просто: «Верят ли местные в Адепта-журавля? Я тоже как-то заинтересовался и решил узнать у своего учителя. Он ответил, любой Адепт, защищающий простых людей – хороший Адепт. Карп он, олень или журавель… Не имеет значения. Я не стал копать глубже. Легенды – дело такое, не понятно, где правда, а где вымысел». Другими словами, это действительно место поклонения крылатому Адепту, вот только в благодарность за что Пин Шань не скажет, ведь, как он сам сказал, ему было не интересно. Но любопытные и внимательные и сами могут вспомнить кое-какие детали из сюжетной арки 4.4: по крайней мере один раз Хранитель облаков вмешалась в жизнь долины Чэньюй во времена сильной засухи, что само по себе оправдывает существование святилища, живущим на символические подношения.
Что же до самого Пин Шаня, то он заботиться о террасе Илун, как это делал его учитель до него, разве что его взгляды на место несколько иные: «Когда-то здесь были целые толпы туристов. Уже почти двадцать лет как я заменил своего наставника на этом посту. Даже не знаю, сколько людей успели попросить меня воскурить за них благовония Журавлиной головы. Раньше об этой достопримечательности знал каждый второй… но на сегодняшний день Журавлиная голова мало кому интересна… Я намерен взять себе ученика, чтобы сохранить традицию воскурения благовоний. Затем найду время и свяжусь с какими-нибудь писателями. Пусть напишут несколько легенд о террасе Илун и разрекламируют её…».
Здесь же, на террасе Илун, можно встретить одну из победительниц фото-конкурса, проводимого Палатой связей. Ван Цзин встречает Путешественника тихим сетованием на оскудевший бюджет, но вовсе не потому, что жизнь для туриста в долине Чэньюй бьёт по кошельку: «Мои финансы изначально были ограничены, и часть пришлось потратить на покупку фотокамеры, которую посоветовал один торговец из Фонтейна. Фотографии, сделанные ею, очень красивые. Они даже передают моё настроение, когда я любовалась этими пейзажами, так что она стоила своих денег!». Собственно говоря, желание оставить себе на память пару кадров с хорошими видами – одна из причин, что привели девушку на террасу. Другая – чужой совет: «Порт Илун – последняя остановка в моём маршруте. Мне говорили, что если зажечь благовония в той курильнице на горе, произойдёт чудо! Но я боюсь высоты и, возможно, мне придётся попросить кого-нибудь помочь… Надеюсь это не будет слишком дорого?».
Миллелита по имени Кэ Шэнь можно найти на посту у маяка, располагающегося севернее порта Илун. Разговор с ним будет напоминать одержимого идеей человека. Идеей самосовершенствования, что само по себе не выглядит чем-то плохим в перспективе, но, когда её озвучивает увлеченный человек, это почему-то настораживает: «Реальный бой – вот основа подготовки воина. Вам придётся сражаться с сильными противниками! Возьмите на себя штурм, возглавьте борьбу с разбойниками, отнеситесь к ним, как к своим соперникам и проявите все свои умения и таланты…». Уважительными словами Миллелит вспомнит и сержанта Линя, занятого рутиной в штаб-квартире, но, к сожалению, в русской локализации связь между двумя персонажами была сильно размыта: «Во время учений я сражаюсь с сержантом Линем настоящим оружием, как будто я дерусь с реальным противником, тренируясь бороться с вражескими генералами... Конечно, у сержанта по крайней мере на десять лет больше опыта, поэтому меня обычно сбивают с ног, но он всегда осторожен и не причиняет вреда. В перерывах я спаррингую с наёмниками, чтобы отточить навыки ближнего боя. Это определенно пригодится, когда в сражении нет возможности использовать копьё. В общем, бои с разными противниками учат сражаться в разных условиях…». Тем не менее, нет идеи без конечной цели, и в определенный момент Миллелит её озвучит: «Я хочу в одиночку побеждать монстров наподобие зверей Сюаньвэнь, но я пока так и не получил признания Властелина Камня и Глаз Бога. Поэтому мне остаётся только оттачивать боевое искусство и бросать вызов ограничениям тела».
К слову, упоминание грозных кошек заинтересует Путешественника, неужели зверь Сюаньвэнь и правда так силён? Но ответ будет неоднозначный, зато с красочными отсылками к известным персонажам: «Как и в боевых искусствах есть гении и бездари, бессильные громилы и худосочные юнцы с выдающимися навыками меча, так и среди зверей Сюанвэнь есть слабые особи, с которыми справятся и наёмники, вооруженные зубочисткой. Что же касается самого сильного зверя Сюаньвэнь, то сведений о нём почти нет. Я могу лишь скромно представить его мощь: один удар лапой по силе равен выстрелу баллисты Гуй Чжун...».
Рыбачку по имени Ван Цзюань легко не заметить среди красот порта Илун. Отыскать её можно в нижней части города под водопадом вблизи большого водяного колеса. И я должна признать, у девушки самое оригинальное приветствие во всем открытом Тейвате… по крайней мере в русской локализации ей подарили запоминающуюся манеру речи: «Ну же, милые рыбки, ловитесь… Ой, неужто на крючок попалась не рыбка, а гость из далёкой страны?». Впрочем, у Ван Цзюань запоминающиеся не только реплики, но и взгляды на жизнь: «Взгляни туда, на мелководье. Несчастные рыбки сорвались с водопада, ударились о камни и погибли. Жалко мне их. Но и умирать напрасно негоже. Поэтому я собираюсь приготовить из них вкусненькие блюда и с благодарностью их съесть. Благодаря им я могу не беспокоится о пропитании, да и других их собратьев мне ловить больше не нужно. По моим наблюдениям, теперь в долине Чэньюй стало умирать намного меньше рыбок. Это хорошо». Но, как и у многих персонажей, жизнь рыбачки не всегда была такой беззаботной, и одна услышанная история всё в ней изменила: «Раньше я вела обычную рыбацкую жизнь. Каждый день посвящала тому, чтобы выловить как можно больше рыбы. Как-никак, чем больше поймал, тем больше съел и продал… Однако несколько лет назад мне посчастливилось узнать легенду о карпе. Её еще господин Дэ Инь в чайном доме рассказывал. Карпы и Адепт-карп благоволят всем жителям долины Чэньюй. Тогда-то я и задумалась… а вдруг я нечаянно поранила каких-нибудь карпов, когда была увлечена рыбалкой? И не захотела повторять такую ошибку…».
К слову, о водопаде. По некоторым репликам в диалоге с Ван Цзюань становится понятно, что она плохо слышит, а потому разговаривает немного громче, чем остальные жители порта Илун. И у этого есть вполне простое объяснение: «Все, кто живёт в нижней части порта Илун, каждый день слышат громкий шум водопада. Слух у нас от этого, конечно же, страдает».
Гидролог по имени Во Лю должна быть знакома игрокам по мировому заданию «Привыкание к местности». После завершения девушку можно отыскать на берегу реки Бишуй чуть ниже по течению от порта Илун. Благодаря непродолжительному сотрудничеству Во Лю встретит Путешественника как старого знакомого, признаваясь, что она еще исследует гидрологические и почвенно-грунтовые условия произрастания сельскохозяйственных культур, и меж тем отмечая, что хотела бы еще раз поработать с протагонистом. Собственно говоря, парой коротких фраз девушка передаст всю суть своей работы в долине Чэньюй, но любопытные могут проявить упорство, тем самым усложнив разговор: «Объект моих исследований и правда звучит запутанно… Это как исследовать различные ингредиенты одного блюда. Основная сложность – собрать образцы и определить действующие компоненты. Всё это можно сделать только с помощью специального оборудования… например, устройства одноразового использования из Фонтейна. Если как следует подсчитать финансовые затраты, то окажется, что эта работа весьма дорогостоящая. Без грантов обычный человек не сможет заниматься такими исследованиями. Даже исследователи, присланные Академией, вероятно, не смогут покрыть все расходы, поэтому просто пытаться пересадить чайные деревья из долины Ченью в Сумеру - глупая затея. Для Департамента по делам граждан самое важное знать состав почвы, тогда можно понять, что необходимо сельскохозяйственной культуре. Так будет легко увеличить производство основных сельскохозяйственных культур! Если подумать, то у меня потрясающая работа!».
Если двигаться от порта Илун по дороге на юг, попутно собирая шишки, можно прийти к очень забавному месту, общая атмосфера которого меняется в зависимости от того, завершил ли игрок мировое задание «Песок договорённостей». Не буду нагнетать интригу: до поимки банды «Железо и соль» любопытные встретят южного склона горы Минъюань разношёрстное сборище, а вот после – организованный лагерь Миллелитов, благодаря чему у некоторых персонажей будет два набора реплик. От себя добавлю, что сама посетила это место уже после облавы и далеко не сразу поняла, что в нём такого особенного. И, забегая немного вперёд, я возвращалась к лагерю с завышенными ожиданиями и в итоге сильно разочаровалась.
Первым, кто попадётся игрокам на глаза будет «торговец» Сюань Цзи, с закрытым сундуком под боком и скрытым мировым заданием, которое прозвали «Взрывным чаем из цветка-сахарка». То, что этот персонаж пытается в мягкой форме отвадить Путешественника и Паймон от лагеря становится понятно только по отдельным репликам задания:
Сюань Цзи: Дорогой гость, создаётся впечатление, что путешествия вас порядком утомили. Ищете место, где можно отдохнуть и выпить чашечку чая? По сути, это единственный чайный киоск на многие километры вокруг.
Паймон: Какой чай у тебя есть?
Сюань Цзи: Э... Вз... Взрывной чай из цветка-сахарка! Да, именно так. Это особый сорт чая, приготовленный из диких цветков-сахарков и нектара попрыгуньи. Сначала он обжигает, но потом вы ощутите прохладное, освежающее послевкусие. А ещё он прекрасно снимает усталость! Вы не найдёте его больше нигде. К сожалению, у меня закончились необходимые ингредиенты. К счастью, поблизости есть несколько растений. Они довольно опасны, ведь нужно собирать цветки-сахарки и одновременно противостоять Пиро попрыгуньям, появляющимся из ниоткуда, словно по волшебству. Пусть прибыль будет и невелика, но зачем бояться приложить усилия, когда есть все ресурсы, чтобы поддержать магазин? Жаль, но сейчас... не могли бы вы немного подождать в другом месте? Я пойду в Гильдию искателей приключений и попрошу их помочь собрать ингредиенты...
Путешественник: Тебе повезло, ведь мы и сами искатели приключений.
Сюань Цзи: Эм... Кхе-кхе... Ну... Э... О! Я только что вспомнил! Я заключил контракт с Гильдией искателей приключений. Будет неправильно, если я позволю вам заниматься этой работой...
Паймон: Ты странный, ты знаешь это? Перед тобой стоят два готовых помочь искателя приключений, а ты упорно сопротивляешься...
(добыв обозначенные ингредиенты)
Путешественник: Вот ингредиенты. Завари чай, пожалуйста.
Сюань Цзи: Что? Вы что, разобрались с Пиро попрыгуньями? (Хорошо, что с ними всё в порядке... Иначе я бы потерял работу... Похоже, в следующий раз нужно будет придумать другую отговорку...)
Паймон: У тебя ведь нет причин не приготовить для нас особый взрывной чай из цветка-сахарка? Мы хотели бы попробовать его прямо сейчас!
Несмотря на нежелание Сюань Цзи, он достаёт принесённые вами ингредиенты и бросает их в чашку. Немного поколебавшись, он убирает небольшое количество, но в итоге кладёт всё обратно. Затем он накрывает её крышкой и начинает энергично встряхивать. Вскоре перед вами появляется коричневая жидкость со странной пеной на поверхности. Вы понимаете, что что-то не так, но Паймон берёт чашку и осушает её одним махом.
Паймон: ФУУУУУУ!!! Что это за пойло?! Паймон никогда раньше не пила ничего настолько ужасного... Как только твой чайный ларёк до сих пор не разорился?..
Сюань Цзи: Пожалуйста, примите это в качестве моей глубочайшей признательности! Считайте это компенсацией за преступление, совершённое против ваших вкусовых рецепторов, и наградой за то, что вы принесли мне необходимые ингредиенты... Если у вас нет никаких других неотложных дел в этих краях, вам следует как можно скорее отправиться в обратный путь. Ведь кто знает, какие опасности могут подстерегать вас в дикой местности.
После завершения обоих заданий (скрытого и о задержании банды) Сюань Цзи по-прежнему в мягкой форме настаивать на том, чтобы Путешественник прогулялся где-нибудь в другом месте: «Ты уже попробовал наш фирменный чай. Дикая местность может быть опасной, поэтому, если у тебя нет других дел, возвращайся скорее домой…».
Пройдя глубже в лагерь, любопытные встретят двух Миллелитов, Цин Е и Хун Юй. К счастью, у них очень короткие диалоги, но оба касаются той маскировки, которую использовали в лагере ради задержания банды «Железо и соль».
До
Цин Е: Мне кажется, эта одежда мне не идёт…
Хун Юй: Какая разница? Мне вообще досталась вонючая, и я не жалуюсь! Одежду Похитителей сокровищ трудно найти, так что хватит привередничать!
После
Цин Е: Впервые делаю что-то подобное в чужой одежде. Неплохо. Я бы с удовольствием повторил…
Хун Юй: Что-то подобное? Да что с тобой не так? Мы работали под прикрытием всего один день, а ты уже пристрастился?..
Судя по всему, операцией по задержанию банды управлял Миллелит по имени И Цзюнь, но более-менее общительным он был только под прикрытием:
До
И Цзюнь: Судя по отчёту торговца, это должно было произойти в последние несколько дней…
Путешественник: Последние несколько дней?
И Цзюнь: О? Вы?.. Ничего важного, обсуждали… дела гильдии. Вы ведь туристы, верно? Пейзажи долины Чэньюй завораживают. Здесь очень красиво. Почему бы вам не осмотреть достопримечательности вместо того, чтобы попросту тратить время на это скучное место? Ха-ха…
После
И Цзюнь: Здесь на некоторое время воцарятся мир и спокойствие, поскольку с бандитами покончено.
Именно благодаря словам И Цзюня под прикрытием доказывают, что банду «Железо и соль» сдал свой человек, а устроенный маскарад подтверждает, что операцию Миллелиты спланировали заранее и только Путешественник вместе с упёртой Паймон едва всё не испортили.
Подведя небольшой итог: некоторым игрокам этот сегмент, относящийся к мировому заданию «Песок договорённостей», может порядком испортить впечатления от истории конфликта банд из Ли Юэ и Фонтейна, а также закулисного предательства, в точности как не нужная и к тому же плохо исполненная иллюстрация промежуточного процесса, который крайне легко пропустить. Положение вещей могли бы спасти чуть более развернутые пояснения постскриптум, как-никак ведь Путешественник невольно тоже поучаствовал в задержании и Миллелиты могли рассказать ему немного деталей, но, к сожалению, ничего подобного нет и не предвидится.
Еще одну группу «одиноких волков» можно отыскать у Зала Ваншань, куда игроков так или иначе приведёт еще одно задание или же простое любопытство. Таким образом, я хочу сказать, что мировое задание «Прогулка по Залу Ваншань, которую стоит запомнить» можно активировать, поговорив с Хуаном Третьим в порту Илун или Вэнем Четвёртым на территории школы Гухуа, и мне второй вариант понравился больше, потому что он чуть глубже раскрывает для игроков взаимоотношения двух последних наставников некогда знаменитой школы с неловкими моментами и беззлобным подтруниванием. Но, даже начав с первого варианта, во время прогресса в сюжетной арке школы, у любопытных будет возможность застать не менее душевный разговор, правда с акцентом на плачевное состояние дел:
Вэнь Четвертый: Ох… Я не хочу думать о том, что тысячелетняя история школы Гухуа может закончится тем, что мастер будет обманывать других, чтобы выманить еду и питьё… Что делать, что делать?..
Хуан Третий: Уф… Ладно, хватит уже. Разве я не спасаю учеников от голодной смерти, охраняя наши врата?.. И не смотри на меня так. Ты всегда опечален… Путешественник хорошо выступил, да?
Вэнь Четвертый: Тот глупый мальчишка? Он осмотрел тут всё за еду? И я должен быть счастлив? Будь я на несколько лет моложе, я бы проучил тебя как следует…
Хуан Третий: Ха! Твоя техника уступала моей всего несколько лет назад! В общем, слушай… Нас, стариков, осталось всего несколько человек. Что ты собираешься делать после того, как мы прекратим подвергать испытанием тех, кому, возможно, суждено присоединиться к нам? Заберёшь все эти книги с собой в могилу?
Вэнь Четвертый: … (не нашёл, что ответить)
Хуан Третий: Эх… Не говори об этом. Какой смысл обсуждать такие мрачные темы? Почему бы тебе не попробовать блюдо, которое приготовили мне эти детишки? (рассмеялся) Думаю, оно даже лучше, чем в ресторане «Народный выбор»! Вот, попробуй кусочек!
Впрочем, даже закрыв цепочку заданий, на территории школы Гухуа существенным образом ничего не изменится, кроме одного – за каменным столом под деревом вместе с Вэнем Четвертым будет сидеть неожиданный ученик. Но инадзумца по имени Вакамацу можно было встретить чуть раньше, до полного закрытия сюжетной арки, под деревом у дороги, петляющей к горе Линмэн от статуи Семи на востоке долины. Там парень немного не в себе, вдохнув миазмы, а потому рассказывает несколько забавные вещи:
Вакамацу
Похоже, это конец… Я… я сбежал от людей сёгуна и преодолел сотни световых лет океана звезд, но никогда не думал, что меня ждёт поражение под этой горой… Наставник Чжэнь Юй, я и не знал, что путь в храм боевых искусств такой долгий… Хм… Не помню…
Благодаря этим его словам можно сделать кое-какие выводы: инадзумец решил посетить Ли Юэ и Зал Ваншень, вдохновившись легким романом, а в бреду он цитировал написанную Син Цю книгу и взывал к автору по псевдониму.
В разговоре с Вэнем Четвёртым Вакамацу уже в здравом уме, но на свою просьбу об обучении, что примечательно, он получает примерно тот же ответ, что и к записке на доске охранного предприятия «Меч и ножны»:
Вакамацу: Прошу вас, мастер, примите меня в ученики!
Вэнь Четвертый: Если ты будешь усердно тренироваться…
Вакамацу: Да, я обещаю! Я готов на всё: хоть вёдра с водой носить, хоть под водопадом в стойке стоять!
Вэнь Четвертый: Молодой человек, боевым искусствам не так обучаются.
Вакамацу: Ха-ха, как только я обучусь, покажу им, на что способен!
Вэнь Четвертый: (тяжело вздохнул) Ох, парень, ты меня вообще слушаешь? Тебе нужно начать с основ. Тренируйся на манекенах, как ученик, что не прошёл посвящение…
Травницу по имени Сюань Фу можно отыскать недалеко от Зал Ваншань, если идти прямо от ворот на юг к «нефритовому украшению размером с гору». Разговор с ней начнётся с ворчания, которое в русской локализации немного растерял смысл: «Нам всё ещё не хватает нескольких видов трав для выполнения заказа господина И Цина… Похоже, придётся обратиться в хижину «Бубу», чтобы докупить их…». Со слов Сюан Фу, она обычная травница и хорошо знает горы чайной долины, благодаря чему даст Путешественнику кое-какой совет: «Я бы советовала не приближаться к долине Яоде, если у вас нет на то веских причин. Насколько я знаю, посторонних там не жалуют. Честно говоря, мне мало что известно о долине. Только старожилы деревни рассказывают об этом месте. Говорят, что там летают множество бабочек, а в сердце долины таится обитель Властительницы лекарств. Она любит тишину и покой, поэтому я никогда не захожу туда и не знаю, что происходит в долине». В то же время у девушки найдётся пара тёплых слов и в адрес заведения Бай Чжу: «Можно сказать, что хижина «Бубу» - лучшая приёмная лекаря в Ли Юэ. Навыки врачевания доктора Бай Чжу безупречны, в аптеке много редких лекарственных трав, а девочка, отвечающая за сбор лекарств, очень сообразительная. Если я смогу научиться хотя бы десятой части того, на что способны они, то эта жизнь будет прожита не зря».
Последние, о ком я хотела бы рассказать, можно условно назвать «Мао и компания». Речь идёт о персонажах, что связанны с основным или конкретным побочным заданиями и которые время от времени появляются в разных уголках долины Чэньюй в одиночестве или парами. Некоторых я уже встречала во время своей большой прогулки по городам, но есть и другие места встреч и у каждого своя история и мораль.
Отдельно отмечу, что Фу Цзинь, как активный участник таких встреч, появится только после того, как игроки повысят уровень Заветного Нефрита до 10го и Адепт вернёт свою человеческую форму. Также я не могу отбросить мысль, что где-то в чайной долине Фу Цзинь должна появляться в одиночестве, но так и не смогла её отыскать. Возможно, я заблуждаюсь.
Собственно говоря, госпожу Карпа можно застать дважды и оба раза встреча происходит в окрестностях деревни Цяоин. Примечательно, что обе встречи имеют дополнительную связь между собой помимо Адепта, а именно – её человеческий облик.
Мао: Сестрица Фу Цзинь! Поздравляю с возвращением в прежний облик! Я слышал об этом от Лазури! И хотя она всё повторяла «изначальная форма лучше», «зачем только ей человеческий облик» и прочее, я видел, что Лазурь тоже рада! Сестрица Фу Цзинь, кажется, любит чай, поэтому я собираюсь научиться готовить чайное печенье у дедушки Лу. Когда я научусь, Фу Цзинь и Путешественник смогут отведать вкуснейшее печенье!
Фу Цзинь: Ха-ха, спасибо тебе, Мао. В обмен на печенье… ну, когда придёт время, я расскажу несколько историй из прошлого Лин Юань!
Лин Юань: …
Фу Цзинь: В чем дело, Лин Юань? Почему ты так на меня смотришь? У меня лицо испачкано?
Лин Юань: Я тут подумала… Нет, ничего. Даже если ты и змея попросите меня об этом, я никогда больше не приму человеческий облик.
Фу Цзинь: (рассмеялась) Я никогда раньше не просила тебя об этом. Зачем мне это сейчас?
Лин Юань: … Забудь об этом. Пойдём. Ты сказала, что всё ещё хочешь увидеть чай.
Две встречи игроков с Лазурью тоже несут в себе дополнительный подтекст, иллюстрируя для читателя сомнения Лин Юань в своих принципах после встречи с Путешественником.
Мао: Лазурь, Лазурь, ты не рассказала мне концовку истории в прошлый раз!
Лин Юань: Да. Я помню. Однако я передумала.
Мао: «Передумала»? Что это значит?
Лин Юань: Окончание истории я оставлю… на твоё усмотрение.
Мао: Эх! Лазурь, это же жульничество! Ты обещала, что если я расскажу тебе историю, то и ты расскажешь! Почему теперь я должен рассказывать обе истории?!
Лин Юань: Я всего лишь глупое чудовище. Я не могу придумать хороший конец. Прежняя концовка была плохой. Это была плохая история, которая никого не сделает счастливым. Так что лучше тебе самому придумать и рассказать.
Мао: Это все равно жульничество!
Лин Юань: Я не отрицаю этого. В качестве компенсации я могу показать тебе тайные чудеса горы Линмэн. (возникла неловкая пауза) Пожалуйста, не делай такое лицо. Я позволю тебе… посидеть у меня на спине, минут пять или около того… Десять минут, ладно.
Мао: Хорошо, договорились! Я придумаю концовку для этой истории…
Лин Юань
(цитаты из разговора с Путешественником и Паймон)
… Я думаю над вопросом, который задал Путешественник. «Если людские дела – часть закона природы, что ты думаешь о самих людях?». Я уже давненько не общалась с людьми из поселения. С тех пор как Фу Цзинь и змея ушли. Мао – человек, который относится к поселенцам, но не является частью поселения… В этом и заключается разница. Мао еще не полностью стал частью общества. Большинство человеческих детей таковы до сих пор, пока не станут полностью поглощены порядком, как это происходит и в природе.
… Возможно, не существует явных различий между «нами» и «ими», но я не уверена. Детёныш человека ходит за мной, а детёныши моего рода будут из любопытства ходить с людьми… Тот ребёнок встретил смертных в горах. Как бы то ни было, я всё ещё не могу ответить на твой вопрос. Мне нужно продолжать наблюдать за человечеством. Есть многое, чего я не понимаю, но постараюсь понять, чтобы однажды, как и обещала, дать ответ.
К слову, некоторые мои англоязычные коллеги считают, что слова Лазури о любопытных детёнышах «её рода», следующими за людьми, говорят о союзе Ка Мина и Ман Чайа.
Прочитавшим - спасибо!
P.S. Полагаю, это последняя моя статья...
