В летописях Мондштадта много интересных событий, но только некоторые из них преподнесены читателю богато и с разных сторон (к примеру: Вторая революция и последствия Катаклизма, чьи тонкие ниточки приведут любопытных к секретам Драконьего Хребта), в то время как остальное пока довольствуется поверхностным наполнением. Сегодня я бы хотела начать разговор о довольно длительном промежутке в истории региона свободных ветров, о временах между двумя революциями за Мондштадт. И пусть читателю покажется, что я иду по хронологии региона в обратном порядке, для этого есть определенные причины. А пока, давайте снова поговорим об аристократии…
Откровенно говоря, мне, как рассказчику, крайне неприятно признавать, что на фоне безусловно яркой череды событий, что привела к свержению тирании знати, остальное время между первой и второй революцией (в том числе и её преддверия) выглядит мягко говоря блекло. И все же не стану отрицать, что определенные события в этот конкретный промежуток истории всё же были, но преподносятся они как пережитки, чудом сохранившиеся в памяти. Хорошим примером тому станет ритуальный танец почитания ветров времени. Дело вовсе не в том, что за столетия после смерти Декарабиана не происходило ничего важного, просто те, кого в конце концов всё равно свергли и изгнали во время второго восстания, старательно уничтожали не только следы своих грехов и просчетов, что остались на страницах истории, но и упоминания ярких личностей прошлого, способных стать примером для подражания и пошатнуть власть правящего клана. Исключением стала лишь Венераре Лоуренс, ведь сложно окончательно вычеркнуть имя первого правителя династии из летописей. Отдельно отмечу, что собственные слова в моих глазах выглядят как оправдание.
Тем не менее, аристократия, какой её запомнили благодаря второй революции, не всегда стремилась к власти. На заре времен Мондштадта клан Лоуренсов действительно был благородным, что накладывало на них определенные обязательства. Собственно говоря, набор «Церемония древней знати» иллюстрирует для читателя ту добродетель, которую должны были демонстрировать простому народу аристократы. Но в то же время артефакты контрастами показывают, как со временем исказились приоритеты. Стоит также отметить, что вопреки ожиданиям, в центре повествования набора находится совсем не опороченная добродетель, хотя на процесс тлетворного изменения делается особый акцент в последних строках каждого описания. Я хочу сказать, что набор рисует для читателя утопическую картину и сам же её перечёркивает жирным мазком, будто подтверждая слова: «Утопия – миф».
Королевская маска
«Маскарадная маска древних аристократов Мондштадта. Её пустые глазницы всё ещё смотрят на неудержимую роскошь былых дней».
Обрамлённая золотом и самоцветами серебряная маска с тонким резным орнаментом. Этот образчик ювелирного мастерства демонстрирует изящество и благородство устоев аристократов старого времени.
Старые дворяне, когда-то правившие Мондштадтом, также являлись героями, что выделялись среди народа. Величественные патриархи и элегантные принцы, прекрасные принцессы и благородные дамы когда-то разделяли изысканные яства и веселье торжественных приёмов вместе со своим народом. То была эпоха, когда дворяне щедро делилось мудростью и грацией со своими подданными.
В тот золотой век дворяне справедливо делили знания и достаток между всеми. Но шло время, и аристократия постепенно выродилась, соблазнившись властью. А их приёмы стали проводиться лишь для собственного удовольствия.
Строки короны мне показались особенно интересными благодаря упоминанию героев. И каково же было моё удивление, что это оказалась просто игра слов, которая в свою очередь даёт повод задуматься. Дело в том, что русская и английская локализация уверяет читателя, что эти самые правящие «герои» вышли из низов и своего положения добились своими силами, а мой кривой китайский – что они «выделялись среди народа». Не спешите списывать ситуацию на трудности перевода, ведь с определенной точки зрения, упомянутые локализации говорят об одном и том же: Лоуренсы не самостоятельно взяли власть в свои руки, они сделали это с одобрения обретшего свободу народа. И вот как раз это повод задуматься о первой революции. Да, история региона не сохранила (или почти не сохранила) для любопытных имён тех, кто вместе с Безымянным Бардом вёл за собой людей против тирана в башне, хотя тизер «Мальчик и ветер» показывает более чем узнаваемые образы. Но одно имя всё же можно отыскать. Не стану спорить со знатоками и сразу признаю: нет твёрдых доказательств, что Амос была частью клана Лоуренсов, как, впрочем, нет доказательств и тому, что «Амос» действительно было именем обиженной любовницы Декарабиана. Как ни крути, название лука также можно трактовать по-разному и, возможно, в его русском переводе ошибки вовсе нет. Тем не менее, считается что именно её стрела положила конец правлению Архонта Бурь, и, признайте, это могло бы пояснить благодаря чему Лоуренсы оказались у власти.
Королевский цветок
«Стеклянный цветок, идеально подходящий для светских вечеров. Удивительно, но он сохранил свою свежесть спустя столько веков.»
Когда-то эта синяя лилия, сшитая из нежного шёлка, украшала причёску аристократки.
Этот ароматный цветок оставил кто-то из аристократов, в древности правящих Мондштадтом. В тот легендарный век все аристократы знали, что в глазах подданных они словом и действием должны оставаться примером для подражания. Своим поведением, мудростью и возвышенным образом они направляли свой народ, показывая, что благородны не только по происхождению, но и по тому, как придерживались добродетелей, принципов и уважения.
Потворство плотским утехам укоротило дворянам жизнь, а хвастовство и тщеславие привело к вырождению.
Сразу отмечу, что в строках набора практически не просматривается хронология, отчего «герои» из народа из откровений короны и аристократы по происхождению, которые будут встречаться дальше – будто ошибка. Но объяснить это можно сменой поколений, ведь между революциями прошли столетия.
Интересными в откровениях цветка мне показалась не основной посыл артефакта: «Правитель должен быть примером», а последние строки о вырождении или деволюции. С ними тоже связаны забавные мысли, навеянные в процессе поиска смысла в разных языках: от венерических болезней до дуэлей, но в равной степени их можно рассматривать как намёк на казнь одной части клана, в то время как другая была изгнана. Откровенно говоря, я мало верю в собственные слова, и всё же лицом второй революции была гладиатор, которая на собственном опыте знала значение слов «или ты, или тебя». К тому же, несмотря на всю гуманность Ордо Фавониуса, в условиях непростого времени пощадила бы его основатель тех, кто сидел на троне и стоял непосредственно возле него?
Королевские карманные часы
«Карманные часы, какие давным-давно носили аристократы Мондштадта. Они передавались по наследству, наблюдая за уходящими поколениями.»
Изящные карманные часы из сапфира. Даже через многие годы они продолжают свой ход.
Карманные часы, в древности принадлежавшие аристократу, правящему Мондштадтом. Они до сих пор показывают правильное время. Пунктуальность - одна из основных добродетелей, поэтому аристократу было должно носить карманные часы. В большей степени они помогали держать себя в строгости, нежели следить за временем исполнения своих приказов. С первыми утренними лучами настоящие дворяне должны были быть дальновиднее своих подданных, а ночью быть более задумчивыми и беспокойными, чем они.
Вот только через много лет их нерадивые отпрыски строгим расписаниям следовать перестали. Часы их становились всё богаче и вычурнее, но свой добродетельный смысл они потеряли.
Откровение часов стало для меня небольшим испытанием, настолько непростым оказался перевод описания. И строки о дневном и ночном времени, ставшие для меня наиболее проблематичными одновременно с тем выглядят самыми интересными. С одной стороны, их смысл преподносится как прививаемый образ мышления и саморазвитие (обдумывать проблемы с разных сторон, к примеру, полезно), но с другой… скажем так, от недостатка сна велик соблазн на многое махнуть рукой.
Тем не менее результат напомнил мне и о комплекте королевского оружия, а конкретно – о катализаторе и его строках о магах:
… В обязанности королевских магов, помимо защиты от монстров, входил надзор за водами и почвами. Также маги занимались воспитанием юных аристократов. В связи с этим в свитке можно найти множество подробностей об истории, культуре и особенностях правления королевства. После того как народ сверг королевскую власть, магов изгнали из города. Ибо маги пренебрегали своими обязательствами служить моральным камертоном для аристократов…
- Королевский гримуар
Раньше я считала, что в моральном падении знати виновато попустительство в воспитании следующих за «героями» поколений и ставила магов, у которых помимо возни с молодыми умами была и другая ответственность, на сторону виноватых сразу после Анемо Архонта. Но в действительности в список попустительства стоит вписать и самих аристократов, особенно разделяя поколения отцов и детей.
Королевское перо
«Перьевой аксессуар, который крепили к шляпе аристократы Мондштадта во время охоты.»
Соколиное перо, гордо украшавшее шляпу аристократа тех времён. В старину существовала традиция, когда дворяне охотились вместе с простыми людьми, а добычу делили поровну.
Правители Мондштадта охоту любили, и помногу выезжали на просторные угодья вместе со своей свитой и подданными. И если они устраивали эти весёлые пиршества, чтобы показать свое могущество и великодушие, то простой народ с радостью предавался гуляньям.
Но прошло время и охота стала порожней забавой. Своевольные дворяне забирали всю добычу, считая её по праву своей. Шляпу украшал всё тот же горделивый плюмаж, но в глазах людей свой цвет он утратил.
Строки пера напомнили мне о словах «хлеба и зрелищ», и при этом весьма сложно твёрдо сказать в угоду кому изначально устраивалось такое веселье: знати, отдыхающей за счет охоты, или простому народу, для которого мясо никогда не было лишним. Тем не менее, из последних строк можно сделать вывод, что такие развлечения проводились и в темные для региона свободных ветров времена, но в выгоде оставалась лишь одна сторона.
Королевская серебряная фляжка
«Декоративная урна с драгоценностями, когда-то принадлежавшая древним аристократам Мондштадта. Траурные ветра отдаются эхом в её пустоте.»
Урна из сапфира тонкой работы, украшенный серебряным гербом знатного рода. Её изящество воплощает изысканный вкус модштадтской аристократии тех дней.
Эту ювелирную урну оставил после себя некогда правивший Мондштадтом аристократ. Великолепные украшения, которые когда-то хранились внутри неё, давно пропали. И сосуд, и украшения были не только символами благородного происхождения своего владельца, а также уверенности, достоинства и процветания народа Мондштадта.
Со временем аристократия стала жертвой власти. Что они с жестокостью отбирали, тут же растранжиривали без оглядки. А украшения превратились в золотые оковы тщеславия.
Лично меня особенно позабавила русская локализация кубка, потому что один единственный предмет в строках короткого описания удостоился самых разных названий, одно из которых я нетронутым оставила в заголовке. Но, отбросив шутки, артефакт проводит весьма нелестные параллели между красивым и пустым внутри сосудом и самой аристократией, которая в преддверие второй революции растеряла всё свое благородство. Впрочем, не стоит забывать едва ли не во всем есть исключения, история даже сохранила их имена.
Прочитавшим - спасибо!
P.S. Откровенно говоря, ближе к концу я позорно сдулась, а изначальное направление рассуждений завело меня мягко говоря совсем не туда. А потому можете кидать помидоры. Возможно, когда высплюсь перепишу некоторые момент и исправлю грубые ошибки.
Аристократический период истории Мондштадта:
"Церемония древней знати": выцветшая добродетель
Вторая революция Мондштадта - Падение знати
История вооружения: "Королевское оружие"
История вооружения: "Бродячий Ансамбль"
История вооружения: "Тысячелетняя симфония"
История вооружения: комплект "Фавония"
Современный Мондштадт - Возможный заговор знати
Чуть больше об Эоле: биография, связи, мнение…
Отдельно о "благородных" братьях
О Воре:
История вооружения: "Тёмное оружие"
"Изгнанник" и "Сердце глубин": о воре, которого так и не поймали
О Бастарде:
