Не смотря на нелюбовь к холоду (в том числе и к ненастоящему), вернуться на склоны белой горы меня заставило вовсе не присущее мне любопытства (оно-то как раз заставило меня задержаться), а благополучно завершившееся событие «Белая пыль и снежная тень», которое удачно сыграло на чувстве ностальгии и подкинуло свежих дров в огонь споров между игроками на тему секретов, случайностей и мутаций. Но напомню читателям о том, что пролетевший ивент, как бы иронично это не прозвучало, был лишь вершиной айсберга. И раз мои ноги снова по колено в снегу задержитесь на склонах вместе со мной. Давайте прислушаемся к завываниям и стонам холодных ветров, будто к скорбной песне о печальной судьбе Сал Виндагнир.
Хотя Драконий Хребет считается частью территории Монштадта, гора ощущается как отдельный небольшой регион, в котором власть Анемо Архонта чувствуется лишь благодаря наличию одинокой статуи одного из Семи и патрулей рыцарей Ордо Фавониуса на границе. В остальном она на первый взгляд действительно выглядит независимо от остальных, но лишь потому, что кроме непродолжительных визитов ученых и серых личностей, на её склонах постоянно никто не живёт. И в то же время снега Драконьего Хребта бережно хранят от посторонних глаз принадлежащие этому месту тайны, каждая из которых являет частью определенной эпохи, а соответственно, несёт в себе дух того времени, и трагедия королевства Сал Виндагнир претендует на звание самой старой из них, а потому рассказ о горном королевстве займёт у меня какое-то время.
С обновлением 1.2, когда это поистине красивейшее место Тейвата стало доступно для исследования, игрокам предстояло очень извилистым путём подняться от подножия горы к самой вершине, собирая по крупицам те или иные истории (напомню, что на склонах их много), не особо понимая смысл не подходящих друг другу кусочков головоломки, и постоянно греясь у костров. На самом деле картина истории погибшего под ледяными ветрами королевства станет более четкой лишь после раскрытия главной тайны на вершине горы, потому что после того, как Гвоздь Небесной Стужи (или по-простому, колонна) займет своё прежнее место в пространстве над горой, для игроков станет доступно подземелье «Пик Виндагнир», а вместе с ним набор артефактов «Заблудший в метели», откровения которого многое расставляет по своим местам в трагедии королевства, но, к сожалению, поясняет далеко не всё.
Среди размышляющих и любопытных игроков ходят самые разные версии о том, как был основан Сал Виндагнир, одна из которых гласит, что жители королевства – беженцы противостояния тирана Декарабиана и волка Андриуса за место Анемо Архонта, но против этого предположения выступает архитектура погибшего королевства, а точнее её отголоски, которые легко отыскать и на территории современного Мондштадта, и в Ли Юэ, а также на островах Инадзумы, что наводит на определенные мысли: от восхищения масштабами до разочарования разработчиками. Эта теория родилась из строк на древней табличке, что разбросаны по склонам Драконьего Хребта и предположительно высеченные Писарем:
«…далеко от снегов и ссор, и пришёл в этот цветущий край блаженства.
И был воздвигнут памятник в месте этом, имя которому Сал Вин…»
Тем не менее, эти слова с той же легкостью вписываются в картину, которую рисуют для любопытных серебряные венцы мудрецов (негласный набор «Шаман»: Тиара Воды, Тиара Огня, Тиара Молний и Тиара Льда, о них я расскажу в рамках другой работы), о расселении людей в Тейвате и достаточно много о самом горном королевстве. Но окoнчaтельные выводы предлагаю читателю сделать самостоятельно.
Достоверно известно, что началом пути к гибели Сал Виндагнир стало падение с голубых небес огромного шипа или Гвоздя Небесной Стужи, который расколол белое древо, что росло на вершине горы Виндагнир, известной теперь как Драконий Хребет. Да, достигнув Гвоздя, игроки не имеют возможности лицезреть той разрухи, о которой рассказывают источники, даже намёка на дерево там нет, тем не менее видны повреждения другого рода, напоминающие ударную волну. Этот момент я собираюсь оставить для следующей работы, но всё же намекну на то, что на вершине горы, какой мы её видим сейчас, явно не хватает части строений.
Упоминается также, что в тот момент, когда колонна рухнула на гору, чужак по имени Имунлаукр уже гостил в цветущем королевстве и был более чем дружен с Принцессой. Он своими глазами видел, как менялся климат Сал Виндагнир, как холод и метель безжалостно меняли цветущую зелень на белый снег. Собственно говоря, набор «Заблудший в метели» как раз рассказывает о решении чужака покинуть склоны в поисках решения проблемы королевства и о пустом ожuдании Принцессы его возвращения, оставляя за строками откровений несколько действующих лиц трагедии горного королевства. Таких, как Писарь, чье недовольство незримо чувствуется в строках некоторых артефактов.
Сразу признаюсь, что в правильности последовательности повествования у меня имеются сомнения.
Кубок: Морозная гордость
«Кубок, вырезанный из льда, холодного и кусачего как сама зима. Его бывший владелец пил из этого кубка незамерзающее вино».
Для чужака, который однажды в середине зимы искал надежду ради других, даже стакан, из которого он пил, был вырезан из льда. Горькое вино из этого кубка холодно, как клинок, и обжигает внутренности. Вкусом, которого избегают простые люди, этот молчаливый воин наслаждается до самозабвения.
Он был воином, молчаливый словно лёд, и своим телом он преграждает путь пронизывающим ветрам, что пришли со звёзд. Девушка, что писала картины и была недовольна его простой защитой, оставила любимому человеку последний наказ:
«Если стрax или отчаяние, которые есть неотъемлемая часть нашей природы, возьмут верх над тобой или не позволят тебе вернуться...То, пожалуйста, живи. Прошу тебя, не иди с нами навстречу погибели, навстречу холодному забвению...»
Глотнув холодного и горького вина, он отвернулся, чтобы не смотреть в её полные слёз глаза. Он ступил на путь бесконечной погони, что вёл в сокровенные земли снегов.
Слова о слабости к вину видятся мне как определенный намек, который, увы, к судьбе погибшего королевства отношения не имеет, но запомнить их все же стоит, ведь они могут указывать на статус чужака за пределами Сал Виндагнир. Особенно примечательно выглядят наказ Принцессы. Крошечные упоминания её прошлого рассказывают, что она обладала даром предвидения, поэтому слова девушки, что звучали как предсказание, на самом деле им и являлись. Сложно сказать, понял ли Имулаукр значение сказанного или посчитал упадническим настроением Принцессы. Не менее сложно комментировать и последнее предложение в описании кубка. Дело в том, что английской и оригинальной локализации упоминаются не только заснеженные земли, но и глубины. Возможно чужак за ответами спустился в Бездну, и хотя косвенное подтверждение этому отыщется в строках откровений меча из звёздного серебра также может оказаться, что это лишь часть другой истории. Тем не менее, данный момент стоит запомнить на будущее.
Цветок: Занесённая снегом память
«Этот покрытый бусинами инея вымерший цветок когда-то рос среди ледников. В те времена даже самые горделивые и высокомерные воины преклоняли перед ним колено.»
Цветок, навечно скованный льдом и некогда сорванный нежными руками. Он был вручён некому человеку, чтобы подарить тому тёплые объятия разгар зимней стужи.
«Эту четвёртую фреску я подготовила для тебя. Твой образ будет навсегда запечатлён здесь. Ради этой фрески, ради всех нас я буду ждать тебя здесь и молиться о том, чтобы ты вернулся...»
Девушка стояла перед глухой стеной и, улыбаясь, приколола к груди героя маленький цветок. Это был элегантный и невозмутимый парень, который никогда не моргнул бы глазом, даже перед лицом самой смерти.
Подвиг героя был забыт и смешан с северными штормовыми ветрами. С тех пор снега растаяли и исчезли, но цветок по-прежнему не завял.
Говоря о четвертой фреске, как мне кажется, Принцесса лукавила, в то время едва ли первая уже была завершена. Возможно так она успокаивала себя, а возможно лишь обещала, что на стене, у которой они прощались, она нарисует ту самую фреску. Впрочем, имеет право на жизнь и другой вариант, о том, что упомянутая картина действительно была создана, но уничтожена руками Писаря, посчитавшего, что, покинув склоны, чужак трусливо бросил Принцессу и королевство один-на-один с проблемой смертельного холода. Я же склонна верить в лукавство Принцессы, ведь многие возлагали большие надежды на её третью фреску…
Но помимо невеселых домыслов, цветок ещё интересен и тем, что придаёт образу Имунлаукра больше четкости, который всё сильнее напоминает образ странствующего рыжего воина из тизера «Мальчик и ветер», повествующего о первой революции за Мондштадт.
Перо: Решимость крушителя льда
«Птичье перо, от которого веет морозным холодом. Прикоснувшись к нему, можно почувствовать яростно ревущие среди ледяных вершин снежные вихри, что принесли это перо в ваши руки.»
Перо хищной птицы, изначально непригодное для зимнего холода. На ощупь холодное и когда к нему прикасаешься, как будто слышишь крики в метели, непоколебимые, но лишенные надежды. Это перо оставлено гордой, певшей в ледяных ветрax птицей, у которой не было ни гнезда, ни укрытия. Сорванное порывом ледяного ветра и покрывшееся инеем, оно как будто инкрустировано бриллиантами.
Перо принадлежало орлу и было вырвано из его крыла суровым зимним ветром.
Оно кружилось в воздухе до тех пор, пока не заледенело, и тогда рухнуло в снег.
«Я верю, что радостные птицы будут следовать за тобой и вернутся во вновь зазеленевшие сады летнего дворца. Эти живые существа, изгнанные холодом, их несчастные дети, потерявшие Родину, вернутся с тобой в дом из их грёз».
Воин, что нёс на плечах это бремя, стоял посреди безбрежных снегов и пытался понять, какого цвета перо он держит в руках. Запечатанное льдом, оттенок пера тускнел на каждом этапе его пути - точно так же, как тускнела и задача героя.
Полагаю, вера в собственные силы и поставленную перед собой цель путешествия, медленно, но верно покидала чужака. Кто знает, может его действительно посещали мысли бросить бесплотные поиски решения, способного помочь горному королевству. Вот только всплывшие в памяти слова Принцессы не давали ему и шанса сдаться, что добавляет в копилку образа Имунлаукра положительное качество – верность, ведь, не смотря на разочарование и потерянное время, он все же вернулся в Сал Виндагнир. Этот момент будет особенно выделен в строках описания короны.
И снова я хочу обратить внимание читателя на слова Принцессы. Хоть она и предвидела будущее, порой её видения уносились за много эпох от того момента, в котором она жила. Другими словами, девушка нередко видела то, что было связано с горой Виндагнир даже спустя тысячелетия после её смерти, закономерно не осознавая значения того или иного видения. Всё это я говорю для того, что в её словах другие увидели предсказание далекого будущего.
Корона: Эхо осколков инея
«Корона героя древности, мечтавшего покорить холод. Является доказательством смелости своего бывшего владельца.»
Воин отправился на поиски спасения, на поиски хотя бы крохотной надежды для столицы, что погребена под снегом. Надев на голову свою корону зимней стужи, он гордо растворился среди необъятных метелей.
Воин, что нёс на плечах бремя контракта с горным городом, бремя воспоминаний о чистых, ясных глазах, привык к тяготам судьбы и никогда не боялся неизвестности, ждущей его за снежной завесой. Прекрасные зелёные горные пейзажи и прошлые благословения, что никогда больше не спустятся с небес - вот что всегда давало воину силы идти вперёд.
«Пройдя в заледеневшие врата, шагнув в глубины тёмных галерей, он переломит ветку цвета серебра и принесёт надежду королевству вьюг и льда».
Эту песню девушка пела своим близким, чтобы успокоить их и сохранить свои воспоминания о нём. Она твёрдо верила, что он вернётся к ней и приведёт с собой тёплую весну и непоколебимую надежду.
Но в конце концов воин, ушедший в снега, не смог вернуться вовремя. И ничто, кроме полных ненависти, но давно стёртых вьюгой слов, не сможет обвинить его в дезертирстве...
Будучи дочерью короля-священника, Принцесса до последнего успокаивала красивыми грёзами себя саму и свой народ. Возможно многие воспринимали подбадривающие слова как очередное предсказание девушки, хотя они являлись всего лишь слепой верой в человека, что скрылся в метели. Оправданной верой, надо признать, вот только Принцесса так и не увидела, как её слова сбылись. Последний абзац косвенно повествует о том моменте, когда девушка погибла в безрезультатной попытке привить ветку священного дерева. Её смерть стала для Писаря последней каплей. Он много чего наговорил завывающей вьюге и в адрес замолчавших богов, и об Имунлаукре, который так и не вернулся до гибели Принцессы, а потому в глазах недовольного бросил как девушку, так и горное королевство на произвол судьбы. У меня имеются сомнения, что все жители Сал Виндагнир покорно умерли вместе со столицей. Сейчас я говорю не о колониях (если так уместно выразиться, опираясь на теории игроков о настоящих границах королевства по расположению руин в одном архитектурном стиле), а исключительно о тех людях, что на во время падения Гвоздя жили на склонах горы. Хочется верить, что Писарь, потерявший цель в жизни, собрал оставшихся и покинул королевство… или хотя бы сам достиг Кха’энрии, нации без богов, что только-только становилась на ноги.
Часы: Гибель замёрзшей родины
«Часы, принадлежавшие людям родины великого воина, ждущего возвращения своего героя. Внутри часов течёт вовсе не песок, а нетающий лёд.»
Старинные песочные часы с льющейся по ним мелкой снежной пудрой. Даже самый лютый холод не способен заморозить вечное течение времени.
Но…
«Холод, пришедший с небес, может заморозить само время».
В погребённом под снегом горном королевстве все верили в эту легенду.
Когда воин преодолел стену ледяных ветров, была глубокая ночь, и в её тьме ревела вьюга. Ни стужа, ни снежная буря не могли заставить ход времени застыть. Даже будучи веками погребённой под снегами, память о великом герое однажды исчезнет.
Часы самый неоднозначный в трактовке из набора артефакт, потому что ставит читателя перед несоответствием, которое таковым не является, но в то же время оно может оказаться частью ответа на вопросы, что были и остаются очень далеки от горного королевства в прямом и переносном смысле. Я имею в виду строки о том, что обычный лёд не способен остановить течение времени, а вот «божественный» вполне может. В будущем этот момент определенно подойдет для пояснения некоторых спорных моментов. Таких как, например, необоснованно долгая жизнь кое-кого из Предвестников Фатуи. Не верю, что я единственна, кто задавался вопросом как Синьора так хорошо сохранилась со времен катаклизма, будучи простым человеком? Пусть и отмеченной Глазом Бога, но всё же человеком.
Помимо догадок часы также рассказывают, что Имунлаукр вопреки мнению Писаря вернулся на склоны горы Виндагнир, но там его встретила лишь пустота и завывание вьюги в тишине.
На фоне набора, я не могу обойти стороной оружие, чьи строки напрямую связаны с историей горы. В данный конкретный момент речь идет о клейморе из неполного комплекта «Драконий Хребет», который коротко, но ёмко пересказывает важные моменты из откровений артефактов, а также дополняет их достаточно интересными мелочами:
Заснеженное звёздное серебро
Эта буйно цветущая столица спрятана горным туманом, и вечная вьюга закрывает прохладный лунный свет, и все надежды и прерванные истории пронизаны шипом, что рухнул с голубых небес... Дочь священника дала двуручный меч, отлитый из звёздного серебра, воину из чужих земель. Слов, которые она хотела передать ему, не было слышно за свистом вьюги.
«Эту четвёртую фреску я подготовила для тебя. Твой образ будет навсегда запечатлён здесь. Ради этой фрески, ради всех нас я буду ждать тебя и молиться о твоём возвращении...»
Когда дочь той погребённой в снегах столицы увяла вместе с серебряными ветвями, привитыми, но бесплодными, чужак, судьбой которого было проложить себе этим мечом дорогу сквозь льды, искал ответы на вопросы о далёких краях. Она была чиста, словно луна, но её последние слова также не достигли ушей далёкого путника.
«Я так давно не видела чистого неба и зелёных лугов. Не знаю, какие синие и зелёные краски мне взять, чтобы запечатлеть таяние снегов, о котором так мечтает отец. Я лишь надеюсь, что смогу увидеть тебя вновь...»
Это был ответ, который он нашёл...
Воин из чужих земель наконец закончил свой бесплодный путь. Осквернённая чёрная кровь капала с кончика меча, пока он тяжело ступал по ставшим чужим снежным тропам. Вернувшегося в залы горного королевства чужеземца встретило лишь глухое эхо смерти.
«Даже здесь не осталось ничего, что бы я мог защитить... А вы, те, кто на Небесах, вы лишь хотите наблюдать, как страдают и гибнут люди? В таком случае, позвольте разогнать вашу скуку песней стали и крови».
Чужак оставил меж фресок меч из звёздного серебра, который был дан ему, чтобы разогнать метель. И после он спустился с гор в поисках распрей и войн, в поисках места, где он мог бы пролить кровь.
Так, например, из описания клеймора становится понятно, что слова обещания о четвёртой фреске чужак даже не услышал, что, столкнувшись с мертвой пустотой столицы, без ответов он не остался, что в тот момент с его меча капала черная кровь. Цвет крови, собственно говоря, может служить как подтверждением теории о спуске в Бездну, так и простым доказательством того, что в те древние времена фауна Тейвата была во всех смыслах опаснее. Но, если делать акцент на первый вариант, то можно отыскать ответ, почему Имунлаукр не вернулся к Принцессе вовремя — в Бездне время течет по-другому, то медленнее, как в случае Тартальи, то быстрее, как это было с Такаминэ.
Самые интересные строки двуручного меча пересказом как раз не являются, но отсылают к откровениям другого клеймора из Церемониального комплекта, подводя читателя к мысли, что воинственность клана Имунлаукр не была придумана только ради антуража, а более чем обоснована, хотя у многих могут возникнуть вполне справедливые претензии к логике чужака. Тем не менее, стоит понимать, что, разочаровавшись и приняв новый жизненный девиз, а также оставив вручённое Принцессой оружие в зале с фресками, на своей прежней жизни он поставил категоричную точку.
Послесловие:
Позволю себе озвучить мысль, к которой меня подтолкнул читатель уже после того, как эта работа была написана и многими прочитана, поэтому оставлю небольшое послесловие сверх того, что уже имеется. Тем более, что моя догадка хорошо подходит для эпилога рассказа о наборе «Заблудший в метели».
Не смотря на гибель королевства, одно путешествие чужака действительно подошло к концу, но в то же время началось другое, продиктованное клятвой, что была сказана им в небеса. Из двух возможных вариантов, ноги привели его в край, где полным ходом шла безрезультатная борьба двух Архонтов. Впрочем, кто знает, может он просто шёл по снегу. Напомню читателям: считается, что клан Имунлаукр участвовал в первой революции Мондштадта, в результате которой пал Декарабиан, а Барбатос принял силу Анемо Архонта. Но если клан состоял всего из одного человека, того самого «бродячего рыжего воина», упомянутого в строках одноручного меча из комплекта «Тысячелетняя Симфония», то некоторые вопросы обретают свои ответы, а одно моё старое предположение (о том, что «воин» мог быть потомком Имунлаукра из истории Сал Виндагнира) теряет смысл. Многие любопытные игроки считают, что клан, названный именем чужака, изначально был частью народа региона свободных ветров. Сама же я другого мнения, а потому снова обращу внимание читателей на архитектурный стиль древнего Мондштадта: кроме башни, в руинах города четко просматриваются только два стиля, которые делят некоторые сооружения на районы. На эти стили претендуют Лоуренсы и Гуннхильдр. К тому же в истории тирании Архонта Бурь Имунлаукры близко не упоминались, но после свержения Декарабиана воинствующий клан осел в регионе.
И вот, наконец-то покончив с прелюдией, я наконец-то могу озвучить свою мысль. Полагаю, не только меня занимал вопрос, а что должно было произойти в Мондштадте, чтобы клятва веселить богов в битве потеряла для чужака смысл? Как ни странно, возможный ответ отыскался в последних строках Церемониального двуручного меча:
«…Но, когда снега растаяли и начал отстраиваться Мондштадт,
они поняли, что им есть за что сражаться в этом мире».
А теперь вспомните, о чем мечтала Принцесса, когда провожала своего героя в крестовый поход: о его возвращении, конечно, а вместе с тем о том, как отступят холода и сойдут снега, как белый цвет сменится изумрудным. Другими словами – о весне, свидетелем которой в Монштадте и стал Имунлаукр.
Прочитавшим - спасибо!
P.S. Кто бы мог подумать, что моё обещание меня настигнет...
Не особо хочется признавать, что мне придется путём моих коллег по перу.
Что ж, постараюсь хотя бы не повторяться, раскрывая не самые популярные теории.
"Тайны склонов Драконьего Хребта"
Правда о наследии Черного Дракона
